Василиса неслышно прошлась по мосткам, села возле парня и свесила ноги к воде, едва не касаясь её носками сапог.
– Клюёт? – девица зачерпнула ладошкой пузатых семян и проследила за тонкой колышащейся на лёгком ветерке жилкой, уходящей в темноту воды.
– Так я не ради рыбы, – хмыкнул парень, – ты гляди, какая ляпота.
Он кивнул на противоположный, высеребряный почти полной луной берег. Деревья чёрными кудрями склонялись к бликующей воде, будто пытались поймать мелкую рыбешку света. Там и тут мелькали быстрые тени летучих мышей. Где-то в дали заухала далёкая сова.
– Ляпота ляпотой, но как-то тихо здесь, – издалека начала дисципул, нарочито передергивая плечами и закидывая в рот пару семечек.
– Эт да, – вздохнул Матвей, повторяя за собеседницей, а затем зычно сплевывая шелуху в воду, – раньше-то оно как было? Куда удило не кинь, то кваканье недовольное, или птицу какую спугнешь, а ща-ас…
Он многозначительно махнул рукой и снова закинул семечек в рот. На простецком лице читалось умиротворение, должно получиться…
Василиса слегка прищурилась, сосредотачиваясь на том, как мысленно касается висков парня ладонями и будто баюкает его. Тот чуть заметно улыбнулся сам себе.
– А чего так? Царь-сом что ль поселился?
– Да какой там! Сама видишь, – махнул Матвей, расслабленно разваливаясь подле девицы. – У нас тут даже карася сейчас не поймаешь.
– А рыба тогда откуда?
– Дык это, – парень утер нос рукавом, – с соседнего притока. Версту с вершком по течению и лови не хочу. Обратно, токмо, грести приходится муторно.
– И давно так?
Матвей поскреб затылок, взъерошивая волосы, и задумчиво посмотрел на Василису.
– Да как пару осеней назад тут навья девка с каким-то мужиком проезжала, так и пошло. Бабки говорят, мол, наколдовала она, холера, чего. Сначала рыба пропала, а потом и девки стали. Токмо, думаю я, девки-то с хахалями своими отсель поразбежались. Сама видишь, глухомань тут… ой! А че это?
Парень ткнул пальцем Василисе в грудь, где из-под рубашки пробивался слабый зеленоватый огонёк. А вот это уже не хорошо…
Девица мягко коснулась его руки.
– Светлячок, Матюша, забрался. А ты – спи, поздно уже.
Внутри Василисы все напряженно зазвенело, наполняя ее слова силой.
Матвей осоловело моргнул пару раз и кулем повалился спиной на мостки, разрождаясь молодецким храпом.
Девица облегченно вздохнула и полезла под рубаху.
Баюнов глаз пульсировал светом, будто настоящий светляк, а стоило дисципулу положить его к себе на ладонь, как шар тут же повернулся зрачком в сторону реки, СКАЧАТЬ