– Донна Бьянка, простите! Только не говорите вашему отцу.
– Пойдем, Мария, – мелодично ответила девушка. И госпожа со служанкой удалились, оставив молодого человека в задумчивости.
Пьетро Бонавентури мечтательно посмотрел им вслед. «Бесподобная красавица! И, говорят, очень богата! Но идти к ее отцу мне не с руки. Что бедный клерк, служащий в банке Сальвиати, может предложить? Да он меня и на порог не пустит. Но она будет моей! Находчивости мне не занимать!» С этими мыслями он наконец развернулся, поспешив в остерию, где его уже ждали друзья.
***
Затаившись в тени портьеры у входа в библиотеку, Бьянка внимательно слушала. Оказывается, мачеха присмотрела для падчерицы хорошую партию, как она выразилась, – сына дожа Приули и теперь пыталась уговорить отца девушки, дать согласие на этот брак.
Бьянка едва успела зажать себе рот рукой, крик недоверия и ярости рвался из нее. Ни за что! Мерзкий, противный Лодовико с вечно потными руками, которыми он так и норовит ее потрогать, если они по чьему-то недосмотру (по недосмотру ли?) оставались наедине.
Бьянка прислушивалась к голосам, которые становились все громче.
– Бартоломео, послушай. Это завидное предложение для Бьянки, – нежно ворковала мачеха.
– Но ее мать мечтала, что дочь сможет выбрать себе мужа сама. Ты же понимаешь, что она очень богата, красива и может заключить блестящий союз с ровесником, – не очень уверенно бубнил в ответ отец Бьянки.
– Нет, это ты меня послушай! Чем не прекрасный выбор – сын дожа? – голос мачехи в конце просто взлетел, но все же не перешел в крик.
– Но он же старик, по сравнению с ней! Ему уже тридцать семь, а ей только пятнадцать! И это уже его второй брак! – выдвинул последний довод Бартоломео Капелло.
– Когда это кого-то останавливало? – женщина завершила фразу смешком.
Услышав такое от мачехи, Бьянка едва не выбежала из своего убежища, чтобы вцепиться ей в лицо. Верно! Ее-то точно не остановило, что Бартоломео был старше, и это был для него второй брак! Змея! Ох, какая же мачеха змея! Подлая, расчетливая! Да, и сама Лукреция Гримани уже успела побывать замужем за Андреа Контарини, а ее союз с Бартоломео Капелло только упрочил положение ее семьи.
Бьянка не хотела думать о том, кому и сколько выгод может принести ее замужество, причем не только ее родственникам, но и союзным домам – Морозини, Гримани, да и семейству Приули тоже. Так было установлено предками – родниться с членами тех патрицианских семей, кто был включен в Золотую книгу Венеции.
– Бартоломео, послушай. Мой брат Джованни раньше был патриархом Аквилеи, а теперь простой епископ. Он хотел быть кардиналом, но его не выбирают, так как подозревают в ереси. Слишком вольно его мысли трактуют СКАЧАТЬ