Анна говорит, что в талии оно мало. А по тесьме – так в самый раз.
АЛЕКСАНДР
Разрешите.
Берет в руку тесьму, которой меряли платье и прикладывает к себе.
Ну что же: либо у Вас талия 25-летнего мужчины, либо у меня талия 15-летней девушки!
ПРАСКОВЬЯ АЛЕКСАНДРОВНА
Обе версии правдоподобны.
ЗИЗИ (Александру)
Ах, так! Вы мстительны и злопамятны!
АЛЕКСАНДР
А Вы надеялись остаться безнаказанной?
Вы посмеялись надо мной, а я посмеялся над Вами!
АННА (встревая в перепалку на стороне Зизи)
Или у Александра фигура пятнадцатилетнего юноши, что тоже недалеко от правды.
АЛЕКСАНДР
Это дерзость или комплимент?
АННА
Понимайте, как хотите!
ПРАСКОВЬЯ АЛЕКСАНДРОВНА
Прошу Вас, дети, помиритесь!
Право же, это глупые поводы для объявления войны. Пока Вы ссорились да рядились, Алина выбрала себе платье.
Выходит Алина в великолепном темно-голубом платье, которое идет к её темным волосам. Пояс подчеркивает её тонкую фигуру.
Все замирают в восхищении.
ЗИЗИ (прямодушно)
На Вашем месте я бы написала те давешние строки второй раз, и всерьез! Алина этого достойна!
СЦЕНА 12. ЗУЕВО
Барский дом. Снова утро.
НЯНЯ и АЛЕКСАНДР.
НЯНЯ
Заспался, свет ты мой. Уж за полдень перевалило.
АЛЕКСАНДР
Что, мамушка, нет снега?
НЯНЯ
Нет, батюшка.
АЛЕКСАНДР
Значит, можно остаться в постели и немного поработать.
НЯНЯ
Простыни уж чернилами опять заляпаны. Когда-то успели испачкаться?
АЛЕКСАНДР
Вдохновение иногда приходит и ночью.
НЯНЯ
Слышала я давеча, что ты в полночь стихи читал самому себе.
АЛЕКСАНДР
Да, и писал, и читал – декламировал написанное, но не себе, а господину, что стоит на столе. Спрашивал его мнения.
НЯНЯ крестится и с недоверием рассматривает портрет Байрона.
НЯНЯ
И что, доволен остался господин?
АЛЕКСАНДР
Нет, мамушка. Недоволен. Сказал мне у тебя учиться, твои сказки записывать.
НЯНЯ снова крестится.
НЯНЯ
Записывай, коли надобно.
МИХАЙЛО
Барин, запамятовал я: давеча от Львовых приезжали, звали Вас нынче на праздник!
АЛЕКСАНДР
Не поеду СКАЧАТЬ