Алина села на скамью перед своей калиткой. Загадка исчезновения ненужного хлама зацепила ее мозг, она не могла ни отключиться от нее, ни забыть.
Она снова встала и подошла к соседским воротам. Мастер по металлу, она, поселившаяся тут недавно, еще не видела его, но шум работы с железом слышен был почти постоянно. Он варил, пилил, заливал. Сильный прожектор горел, мигая, во дворе и ночью.
На звонок открыл невысокий седой человек. Зеленый комбинезон прикрывал более теплую одежду. Сомнительной чистоты берет смешно примостился на макушке. Длинные седые волосы, серые, лохмами, как у киношной бабы яги, свисали до плеч. Нет, даже длиннее.
Он и не подумал завязать их в хвост, или как-то собрать. Седая щетина опушила дряблые щеки. Острый нос, такой же, как и глаза, нацелились на Алину. Очки усиливали точность настройки.
В руках у него было ведро с замесом цемента. Пустое. Из-под замеса.
– Я ваша соседка, Алина. Вы ночью не слышали шум? Случайно не видели кого-нибудь?
– Что-то случилось? – по-еврейски, вопросом на вопрос ответил седовласый.
– Я распилила пианино.
Откровенно констатировала Алина. Она сказала это тихо, стараясь не смотреть в глаза очкарику. Звучало как диагноз. Она и сама вдруг ощутила ненормальность своего поступка. Пианино не пилят. А что с ним делают?
– И? – резко выдохнул он.
– Пропало.
– Так оно ведь вам не нужно было, раз вы его распилили.
– Да. Но странно. Почему? Зачем? Непонятно. Бомжи, дрова, но дрова рядом лежали.
– А вы давно тут?
Вопросы сыпались из трудяги как из рога.
– С месяц.
– А прежние куда делись? Вы их родственница?
– Нет.
– Хотите зайти, попить чая? – что-то в хитрых глазах волосатика показалось ей настораживающим. Он так смотрел, как будто знал все. И не только куда делось ее пианино.
Сосед молча посмотрел и двинулся от калитки в глубину двора. Ведро он поставил у ворот.
Весь двор был завален железом. Решетки, столбы, прутья. Большой бак со следами бетонного раствора был пуст. Видимо, то ведро было последним из этого замеса. Небольшой навес вмещал текущую работу. Сарай, полуразвалившийся, некрашеный, с трубой кирпичной печки призывно распахнул чуть покосившуюся дверь. У самого забора, в дальнем углу полыхал костер.
Он уверенно вошел внутрь, не оглядываясь и не делая приглашающих знаков. Вдоль стен были полки с инструментами. Среди топоров, пил, гвоздей и шурупов, непонятных для Алины приборов и прибамбасов, – агрегатов для сварки, стоял раскрытый ноутбук. Он работал. Экран светился голубоватым светом, на фронтальной странице были новости мэйла.
– Люди совершают иногда странные поступки. Но очень редко. В основном все очень просто. В 90% действий людей – мотивация поступков настолько тупа, что это делает уровень эволюционного развития людей идентичным уровню дворовых собак – пожрать, потрахаться, спрятаться, с****ить кость.
Алина СКАЧАТЬ