Название: Роман без героя
Автор: Александр Дмитриевич Балашов
Издательство: ЛитРес: Самиздат
Жанр: Исторические приключения
isbn:
isbn:
– И подброшу! – сказала Моргоша. – Я предлагаю этим друзьям, обоим, объявить по выговору… Без занесения.
– Правильно! – закричали ребята с мест.
– Голосуем? – взяла инициативу в свои руки Водянкина. – Кто – за?
«За» наш дружный класс проголосовал единогласно.
…Степка поджидал нас в раздевалке.
– Ну, поздравляю, – сказал он. – Опять тройственный союз победил?
– Да ладно тебе, суседушка, пыхтеть, – миролюбиво ответил я Карагодину. – Чудила ты с улицы Петра Карагодина…Мне вот Анка-пулеметчица, оказывается, пару за «Горе от ума» влепила в журнал… В воспитательных, так сказать, целях. А мне весело. Правда, Паш?
Пашка подал Марусе пальто, снял с крючка ее шапочку и стал подбрасывать ее под потолок, приговаривая:
– Кричали женщины ура и в воздух чепчики бросали!..
– Мы с Марусей ходим парой… – прищурился Степка. – Наша простая слободская шведская семья…
Я тогда не понял Степкиного намека. А всезнающий Пашка не подсказал. Однако, судя по интонации, Карагодин сморозил очередную свою пошлость. Был он на пошлости горазд. Талантлив, можно сказать, человек был на это дело с самого детства.
Глава 12
ЕСТЬ ЗЛО, ТВОРЯЩЕЕ ДОБРО?
Иосиф о диалектике жизни
Нелепые слухи ходили за Пашкой по пятам. Слободские кумушки судачили у колонок, что Пашка заразился от отца страшной болезнью, от которой человек, будь он мал или стар, в конце концов, сходит с ума. Немало было и грязных намеков и на некий «тройственный союз» Альтшуллера, Захарова и Водянкиной. Но, на удивление всем, наша дружба не ржавела и не давала даже трещин, выдерживая тотальную словесную бомбардировку.
Трудно выразить одним словом, что нас связывало в прошлом и связывает сейчас, когда все уже потеряно, кроме чести. Может быть, само детство, отрочество, безоглядная влюбленность в самую красивую девушку Красной Слободы? А может быть, эта самая честь, которую мы, к счастью, не потеряли, и помогла нам тогда не рассориться вдрызг.
У нас бывали крупные ссоры и долгие расставания. Всю жизнь я безумно ревновал мою Марусю к Пашке Альтшуллеру, человеку умному, рассудительному, порой немного циничному, как все люди иронического склада ума. И всю жизнь я тянусь к такой не похожей на мою, но всё-таки родственной Пашкиной душе.
Кого из нас Моргуша любила в девичестве больше, для меня до сих пор загадка. Были времена, когда уже умиротворенный любовью пёс вдруг вновь оживал, разрывая в клочья между нами отношения своей разрушительной энергией.
Когда-то очень давно, когда только-только заполучил от Павла первые странички из «Записок мёртвого пса», я спросил у Немца:
– Неужели у этого пса, о котором пишет твой отец, такая энергия? Взглядом – и насквозь!
– Страшная, Захар, энергия, – ответил он. – Энштнейн, например, СКАЧАТЬ