Название: Неформат
Автор: Марина Владимировна Брагина
Издательство: ЛитРес: Самиздат
Жанр: Современные любовные романы
isbn:
isbn:
шаге и теперь не обращая на это никакого внимания. Около ступенек она сняла с руки варежку,
ласково на неё подула и так же ласково, птичьими движениями промокнула остатки слёз на его
щеках. Снова прильнув к нему, Ляля шепнула:
– Я, наверное, знаю, что ты можешь мне сказать. Всё было в первый раз. У тебя. Женщины
это чувствуют. Я рада, что это было со мной. Только никому не говори… О том, что в первый…
Пусть это будет твоя тайна. Моя, конечно, тоже. Есть вещи, которые не забываются, если о них не
говорят вслух.
И он послушно кивнул головой.
Вадим совсем не запомнил остаток того дня. Как будто все его чувства отключились, а
память скрылась в омуте забвения, куда она услужливо складывает все ненужные нам
впечатления. Много позже, напрягая бесстрастную рассудочность, он поневоле приходил к
выводу, что остаток дня не мог никуда деться, ведь куда-то это время потрачено? Куда?.. Он мог, логически рассуждая, допустить, что что-то делал в эти оставшиеся часы и даже был занят какими-
то хлопотами. Ну, скажем, сдавал номер и предъявлял вредной кастелянше-кабардинке со
скандальным голосом, какой бывает только у вредных восточных женщин, полотенца и наволочки
от подушек по счёту за себя и своих соседей по комнате. Потом он, кажется, забирал свой паспорт
в зелёном дерматине из отдела регистрации, куда сдал его 10 дней назад на временную
прописку. Зелёная оболочка паспорта, казённая и бездушная, как и все документы, всегда
напоминала ему МАИ с его бесконечной казёнщиной коридоров и обычно вызывала глухое,
необъяснимое раздражение – может, потому, что в ней стояли эти мерзкие штампы о прежней
прописке из Центрально-Городского района Изотовки, как Каинова печать провинции? Или
потому, что текст там был на двух языках – русском и украинском, что, как и всякая бессмыслица, оскорбляло его стремление к простоте и логике. На кой чёрт изгаляться в документах – писать их
на языке, который не существует, по крайней мере в Изотовке? И не более живом, чем латынь?
Но в тот вечер, когда он (Это ведь было? Это должно было быть?) забирал паспорт в
каморке паспортного стола без окон, с глухой дверью, обшитой выкрашенным ядовито-зелёной
краской листовым железом, ему было решительно всё равно. Он сам себе казался (теперь, многие
годы спустя, слово найдено) бесплотным, бестелесным трёхмерным образом, голограммой,
нарисовавшейся в пространстве комнатушки, и ему было смешно, как этого не понимает
тщедушный, с залысинами армянин-участковый, который донимал Савченко вопросами: как
получилось так, что по-украински слово «фамилия» – это, видите ли, «призвыще», а отчество –
вообще СКАЧАТЬ