Автор: священник Георгий Кочетков
Издательство: Свято-Филаретовский православно-христианский институт
Жанр: Религиоведение
Серия: Беседы по христианской этике
isbn: 978-5-89100-067-9
isbn:
Итак, принимая кантовское различение трансцендентного и трансцендентального мира, мы готовы признать трансцендентальную правду, само ее существование, и в этом смысле готовы признать то, что на этом основании может строиться и существенная часть религиозной жизни. С другой стороны, мы также готовы признать, что в трансцендентном мире существует некая истина, которая больше той нравственной правды, о которой шла речь. Мы готовы признать, что нравственный закон – это еще не все в жизни человека, что по-настоящему свобода, бессмертие и Бог больше той области, в которой существует этот закон. Если этот трансцендентный мир, мир истинный, отождествить с миром божественным, то у нас получается уже некая картина, некое представление. И тут мы все больше и больше можем находить параллелей с булгаковским текстом. Кто из вас помнит, есть одна интересная деталь в романе: речь идет о покое и свете. Покой дарует профессор Воланд, а свет принадлежит Богу. Во свет вводит Христос, и это не то же самое, что «вечный покой», которым удостаивает «алчущих и жаждущих правды» сатана.
И еще одно различение я хотел бы вам сегодня предложить в связи с этим. Мы с вами хорошо знаем разницу закона и благодати. И знаем давно. Сейчас снова, слава Богу, введен в научный и духовный оборот древнерусский текст середины XI в., первый из известных нам русских философских текстов, – «Слово о законе и благодати» митрополита Илариона. Но это известно нам, конечно, не только из текста «Слова». Мы здесь вспоминаем и Евангелие о том, что «закон дан через Моисея, а благодать и истина произошли через Иисуса Христа». К этому хотелось бы приложить еще одну вещь, в наше время не часто всерьез обсуждаемую. Хотелось бы сказать о том, что является душой мира, или божественной душой, и областью Духа, собственно Божественным миром, областью Духа Святого.
Не случайно многие отождествляют реальность «божественной души» со знаменитыми античными категориями «нуса» и «логоса». Есть некий «божественный ум» – нус, есть некое высшее «божественное слово», упорядочивающее этот мир, – логос, т. е. некая «Божья воля», и есть некий высший «божественный чувственный мир». И в Новом завете мы находим соответствующие призывы, чтобы у каждого человека «были те же чувствования, что и во Христе Иисусе», Господе нашем. Помните апостола Павла? Вот об этом идет речь. И мы должны, конечно, найти соответствие, соотнести эту душевность с известной христианской духовностью.
Если мы говорим о душе человека, мы, естественно, вспоминаем СКАЧАТЬ