– Пап, а про змея? – это уже я настаиваю.
– Да подожди ты со своим змеем! Помню я! Я вот что вспомнил. Водины! – отец опять оттаял. – А то забуду! Привез отец Павло как-то наипрекраснейший сапожный материал! Это было до революции. А я взял тайком от него хром и пошил сапоги. И знаешь, кому?
– Кому?
– Собачке!
– Собачке?!
– Хромовые сапожки! Четыре сапога! Ха-ха… Правда-правда! Да ещё завязочки-шнурочки им сверху присобачил, чтоб не спадали. Отец как узнал про то, что я хром у него стащил, так разозлился! Если бы не дед Иван, отлупил бы! Дед Иван сказал:
– Не тронь дитя! – И ко мне: – А ну, Ося, надень-надень на собачку сапожки!
Я надел, шнурочки затянул, сапоги высокие получилися!.. а песик энтот был приблудный. Прибился к нашему двору, ну мы его и не гнали. Отец Пашка кличку дал ему: КЫБЫСДОХ. Дескать, скорей бы ты сдох! А Кыбысдох живет сабе и не сдыхаить. Такой ласковый был! Чего мы, детишки, с ним только не вытворяли! Всё терпел! И вот идет наш Кыбысдох по базу в сапожках хромовых, а у него лапы не гнутся, шнурочки болтаются. Идет, спотыкается, падает и на нас поглядывает, дескать, я невиноватый, сапог хромовых не заказывал! Дед Иван хохочет, а отец суровый стоит. Песик баз весь прошел, дед ему и приказывает:
– Кыбысдох! А ну ишшо разок пройдись!
Кыбысдох, будто всю жизнь команды изучал, – развернулся и обратно пошел. А пока разворачивалси, пять раз упал! Уж тут отец не вытерпел, тоже насмеялся…
Вот ты понимаешь, Паша? Какой материал продавался в каком-нибудь хуторе?! Для человека, который делал своими руками, весь материал был! И сапожный, и скобяной – какой хочешь! Ну, так и ремёсла разные были. Это сейчас в хуторе две профессии: тракторист да пастух. Вот, все вы дети и разбежались по всему свету из хуторов своих.
– Ты про Кайзера, про Кайзера, – просит Таня.
– Про Кайзера?! – отец улыбнулся. – Хорошие были люди! И семья хорошая. Я с ними и столовался! Знаете, как они ко мне относились! Все! И хозяйка, и дочки их, и сам Кайзер. Часы им старинные отремонтировал, машинку Зингер, вот такую, как эта, отладил. Ну, говорю же, жил, как у Христа за пазухой! Пошил всем Кайзерам сапоги. Ходють, довольные! Рыпять! А там, глядючи на Кайзеров, стали просить пошить сапоги другие немцы. Фамилии у них какие-то немецкие, интересные: Веберы, Вейнеры… Так что всю зиму я шил сапоги. Конечно, не только сапогами занимался. Как-никак, а в тюрьме находился. Во флигельке ночевал, когда заказ срочный был, а так – в бараке. Мне Кайзер выделил ту самую лошадь, про какую говорил: белую и хромую. Ага! Сам хромой и лошадь хромая! И назначил меня механиком поливальных установок. Там такие дизеля, Паша, были! Лежебоки! Шкив, ремень по метру шириной! Представляешь, какая силища! Дело было уже в осень. Глаза за мной не было. А может и был, да я не замечал. Садился в телегу и один ехал на своём конике хромом. Осмотрел своё хозяйство, все дизеля…
– А змей, пап? – пытаю я отца нетерпеливо.
– Змей? – отец СКАЧАТЬ