Название: Реки жизни
Автор: Борис Григорьев
Издательство: Издательские решения
isbn: 9785006293410
isbn:
Так с молчаливого согласия матери, но в её отсутствие, меня крестили в Поройской церкви. Обряд моего символического приобщения к православию хорошо запомнился благодаря своей необычности и определённой таинственности. Понятное дело – я уже находился тогда в возрасте трёх или более лет. Но вот как удалось запомнить своё крещение нашему литературному классику Льву Толстому, непонятно: он утверждал, что отлично запомнил эту процедуру, хотя при крещении отроду ему было всего три дня!
Прадеда по отцу звали Сергеем, а прабабку – Матрёной. У них было шесть сыновей и одна дочь: Иван, Василий (умер в 1956 году), Андрей, Ефрем (или Ефим), Захар, Федос и Пелагея. Из какой местности они происходили, при каких обстоятельствах появились в Порое, не известно. Известно, однако, что Григорьев Сергей в поисках лучшей доли выезжал со своей семьёй в Самарскую губернию, но потом оттуда вернулся и навсегда осел в селе Порой. Может быть, они происходили из Самары или Самарской губернии или к примеру, из лебедянского села Волотово, где фамилия «Григорьев» является популярной.
У поройцев Григорьевы получили с тех пор кличку «Самарские». Правнучка Сергея Григорьева, Мария Михайловна Струкова, по рассказам родителей вспоминает, что при возвращении в Порой прадед и прабабка прихватили с собой из Самарской области ухваты, грабли, кочергу и прочие железные предметы домашнего обихода, оставшиеся в хозяйстве её деда Василия Сергеевича.
Дед Иван Сергеевич, 1882 года рождения, был выше среднего роста, хорошо сложен, носил бороду и пышные усы, за которыми он тщательно ухаживал. Лицо его было слегка подпорчено оспой, а тёмные густые волосы были всегда аккуратно причёсаны и посередине разделены пробором. Его можно было принять за купеческого приказчика, а в военной форме он бы вполне сошёл за казацкого урядника, которых нам потом так часто показывали в фильмах про гражданскую войну. Дед был очень похож на того казака-полотёра в фильме «Чапаев», у которого белые запороли насмерть брата Митьку. Внешне он производил впечатление строгого и деспотичного человека, но на самом деле обладал добрым сердцем, и когда улыбался, то казалось, что сквозь морщины и густую бороду выглядывало солнышко.
Его супругу звали Ксенией Егоровной. Это была маленькая сухонькая и слегка сгорбленная старушка, чрезвычайно добрая и души во мне не чаявшая. Называла она меня не иначе, как Борюшкой и потакала всем моим капризам. Бабка Ксюша постоянно хлопотала по дому, то и дело старалась сунуть мне в рот что-нибудь вкусное. Она во всём беспрекословно подчинялась деду – традиционно своенравному и суровому супругу – и своего слова в доме не имела. Впрочем, жили они с дедом дружно и мирно.
Мой дед Иван и бабушка Ксюша СКАЧАТЬ