АЛЕКСАНДР (полунасмешливо, полусерьезно)
Спасибо за совет, любезный сосед, я непременно им воспользуюсь.
Рокотов по-прежнему в недоумении.
МАТЬ
Александр, как водится, шутит, он опоздал к столу, чем не в меру раздосадовал отца, а всему виною, знаете ли, нога. Проклятая аневризма замучила. Полдороги он ковылял, оттого и не поспел вовремя.
Уж нельзя ли, может, поспособствовать осмотру, а лучше поездке Александра в Германию на воды?
Александр демонстративно ковыляет к столу и с изображением великой муки на лице водружается на стул.
Все оживают, включая Сергея Львовича, который отнимает руку от лица.
РОКОТОВ (вежливо)
И это не в моей компетенции, сударыня. Вы простите мою откровенность, это поручение по надзору за ссыльным мне как-то не по душе. Не по-соседски это. Мне бы хотелось снять с себя это бремя. Чувствую себя не в своей тарелке. Выведывать, подсматривать, докладывать – это неблагородное занятие.
Как говорит наш предводитель, господин Пещуров, родительский надзор за детьми всегда надежнее.
ОТЕЦ (живописно снова закрывает лицо руками)
МАТЬ
Отобедайте с нами, Иван Матвеевич, сделайте одолжение.
РОКОТОВ
Что Вы, я вовсе не к обеду приехал. Мне бы об оброке поговорить, о плохой погоде, об урожае, о скотине, об управляющем.
МАТЬ (обворожительным тоном, который не терпит отказов)
Конечно, конечно. О плохом урожае, о скотине-управляющем. Пойдемте.
РОКОТОВ (не замечая иронии)
О, я очень дорожу Вашим мнением.
Переходят в столовую, снова садятся за стол. Дворовые суетятся.
Наконец, коляска Рокотова скрывается из вида.
АЛЕКСАНДР
Я сознаю свою вину и раскаиваюсь. Впредь обещаю выходить к столу только в белом или во фраке, рассуждать исключительно о сенокосе, скотном дворе и недоимках.
МАТЬ
Александр, мы так редко бываем все вместе за одним столом, а Вы так и норовите все испортить. Я думала, что мой сын – взрослый мужчина, а он ещё сущее дитя.
БРАТ
Мне кажется, за Александром в красной рубахе куда проще присматривать. Барина в красной рубахе всякая блоха заметит да укусит.
СЕСТРА
Ты посмотри, как красный цвет ему к лицу, будто он даже покраснел от стыда и раскаяния.
БРАТ
Как же, покраснел, от стыда, да за бакенбардами клочка кожи не увидишь. Александр, к чему тебе бакенбарды в деревне? Как бы мужики за жида не приняли и дубинами не огрели. Ты посмотри на себя: скоморох, да и только. В таком виде к окрестным барышням нельзя.
АЛЕКСАНДР
СКАЧАТЬ