У каждой помимо бумаг и канцелярии были свои памятные вещицы на столах. У главного бухгалтера бутылка для воды, про которую она практически всегда забывала, и фото сына в рамке. У Оленьки пушистая, лохматая игрушка с забавной рожицей, крем для рук и чупа-чупс, который поселился здесь так давно, что его можно было считать местной мебелью. Наталья поставила перед собой на стол кактус, который раз в неделю обязательно опрокидывался, осыпая своим песком стол. У Марины же стол каждый вечер оставался пустым, хотя весь рабочий день на нём громоздились папки и бумаги, клейкие листочки, степлер, дырокол и линейка. Она очищала своё пространство до блестящей поверхности, распределяя всё по ящикам тумбы и относя папки с подшитыми документами в шкаф.
Ближе к концу рабочего дня мирное гудение компьютеров и стучание клавиш разбавил умилённый голос Натальи.
– Смотрите Катя прислала фото Алёшкины. Ну какой милашка всё же.
Оленька соскочила с места и направилась к монитору коллеги, а Марина быстро свернула окно с курсом, который не имел никакого отношения к работе. Татьяна тоже подошла, как бы нехотя, но с любопытством в глазах. Ничто так не поднимает настроение женщине, как улыбка беззубого младенца. Марина подзадержавшись буквально на мгновение привстала и заглянула в соседний монитор.
Катя была дочкой Натальи. Она вышла замуж за военного и они уехали в непонятную тьмутаракань, где сейчас в условиях вечно отключаемой горячей воды, девятнадцатилетняя Катя ждала, что её младший лейтенант дослужится до распределения на юг или в крупный город. Мама Наталья порой разговаривала с дочкой прямо в кабинете, сердитым тоном объясняя, что та всё делает неправильно с малышом, и что ей нужно было остаться, чтобы была ей, безголовой, и помощь и забота от неё, от любимой мамочки. Коллеги посматривали на неё с испугом, но никогда не пытались высказывать своих опасений о том, что именно после таких слов дочке точно не захочется возвращаться. Впрочем, Татьяна как-то обмолвилась, что всё так, что детям нужен присмотр старших, и она в этом понимает Наталью.
На фото, открытого на весь экран, на фоне смятой кровати, взлохмаченная Катя, с вымученной улыбкой, держит на вытянутых руках розового, одетого только в памперс, Алексея, который улыбается кому-то держащему камеру. На Кате странного цвета футболка, вытянутый ворот открыл зрителю бретельку бюстгальтера. На плече то ли полотенце, то ли пелёнка. “Счастливое материнство. Первые полгода без сна и покоя, “ – мелькнуло в голове у Марины и накатили воспоминания…
#
Шел третий час ночи. Марина стояла над кроваткой, положив руку на малыша. Глаза закрывались сами собой, но она понимала, что еще минут пять или семь нужно стоять рядом, и только потом, когда сон станет крепким, отпустить руку и пойти в свою, такую манящую и тёплую, кровать. Ноги уже замерзли, но дотянуться до шлёпок не хватало ни сил, ни смелости. Одно неловкое движение и прощай час сна. Хотя бы час.
Тиканье ходиков СКАЧАТЬ