Название: Новые заветы. Самые известные люди России о своих мечтах, страхах и успехах
Автор: Коллектив авторов
Издательство: Эксмо
Жанр: Биографии и Мемуары
Серия: Откровения самых знаменитых людей России
isbn: 978-5-699-90460-0
isbn:
Хнык.
Ошыпки править нету сил.
Андрей Бильжо. Звери, вы люди!
Художник и психиатр Андрей Бильжо виртуозно умеет корчить рожи, играть бровями, ему отвечают взаимностью черепахи, и попугаи влетают в его жизнь через открытое окошко.
В его жизни много цирка. И в колонке тоже.
В детстве я корчил рожи. В школьном дневнике учителя так и писали: «Корчил рожи. Родителям прийти в школу».
Вначале я сидел на последней парте, и весь класс поворачивался в мою сторону. Ждал, когда я начну. Начну корчить рожи. И я не заставлял себя долго ждать.
Учителя меня выгоняли из класса. В дневнике появлялась новая запись: «Корчил рожи. Сорвал урок!» Потом меня пересадили на первую парту, и тогда уже я поворачивался к классу, который ждал этого момента. И меня опять выгоняли за дверь.
Так играть бровями могли только мой папа и я. Не верите? Вот смотрите. Левая бровь вверх – правая вниз. Правая вверх – левая вниз. Две брови вверх…
Я это и сейчас делаю виртуозно. Под музыку. Аккомпанементом может служить все, что угодно. От собачьего вальса до любой симфонии Бетховена.
«Бильжо, ты – клоун!» – ругали меня учителя. А мне было приятно. Я мечтал быть клоуном. А потом в цирке на Цветном бульваре я увидел гениального Леонида Енгибарова и понял, что клоун – это вовсе не тот, кто корчит рожи.
Однажды я пошел в цирк зверей, то бишь в «Уголок дедушки Дурова», со своим внуком Егором, большим защитником зверей. Он так их любил, что как-то перестал есть все мясокурорыбное. Сидя за семейным воскресным столом и показывая пальчиком на невегетарианские блюда, он ставил перед тремя поколениями домочадцев жесткий и прямой вопрос: «Это кого убили?»
Густой запах «дедушкиного уголка» извлек из уголков моей памяти следы, оставленные в ней представителями фауны. То бишь цирк навеял.
Читу я любил непонятно за что. Она была поразительно тупой. Пересекая комнату, Чита упиралась в стену, продолжая упорно загребать лапами до тех пор, пока ее не разворачивали в противоположную сторону. Однажды летом на даче я наблюдал за тем, как она самозабвенно пожирала клевер. В приливе любви я поднес Читу к губам, чтобы ее поцеловать. Острая боль пронзила мою нижнюю губу, и Чита повисла на ней. Она ответила мне взаимностью.
Дальше – калейдоскоп. Впереди бежала бабушка, за ней я, поддерживая черепаху, плотно сомкнувшую свои челюсти на моей губе. А за мной бежали любопытные веселящиеся жестокие дети. Деревенский фельдшер сказал: «У черепах мертвая хватка». Он заткнул моей любимой ноздри, и она разжала свой треугольный пассатижеподобный ротик, в котором мелькнул окровавленный розовый язычок.
Потом мне сделали укол от бешенства. Можете ли вы представить себе бешеную черепаху? А деревенский фельдшер мог.
На моей нижней губе долго еще белел треугольный СКАЧАТЬ