Уже светлело, когда мы приземлились в аэропорту имени Бен-Гуриона. А в десятом часу, с паспортами граждан Израиля и правом на бесплатный проезд в место базирования, мы мчались на такси в столицу пустынного юга Беэр-Шеву. По мнению Шмуэля лишь там, подальше от перегруженного центра страны, хороший музыкант еще мог побороться за место работы в симфониетте, или консерватории. Так в Израиле называют музыкальные школы.
Соответственно размышлениям небезразличных попутчиков мне и Майе работа не светила вообще. Это объяснялось большим количеством репатриантов и нашим предпенсионным возрастом. Трагедии в том наши попутчики не видели, потому что таких граждан государство обеспечивает специальным пособием и социальным жильем. А за окнами такси мелькали аккуратные поселки с обжитыми домиками под красной черепицей. Радовали глаз ухоженные овощные и цитрусовые плантации. На апельсиновых деревьях светились золотом крупные плоды. Красочные видения сменили унылые песчаные холмы на подъезде к Беэр-Шеве. Подобно им выглядели невзрачные пятиэтажки на въезде на главный проспект города.
Вскоре наше такси вкатилось на территорию небольшой гостиницы. Она, словно маленький островок, приятно удивила зеленью тропических растений. В регистратуре небольшого холла нам улыбнулась немолодая красивая женщина. И здесь нас выручил английский язык Михаила. В номерах без излишней роскоши мы заснули мертвецким сном, как только прикоснулись к белоснежным наволочкам подушек. Видимо, сказывалась усталость двух бессонных ночей.
Я открыл глаза к вечеру, а после этого еще и отлежался в душистой пене ванны. Ужинать мы пришли в ресторан. Там уже было мало людей. Просторный зал освещали утопленные в потолочные ниши светильники. По шесть стульев окружали добротные деревянные столы. Они были застланы одноразовыми бордовыми скатертями из бумаги. Были вымыты до блеска керамические полы. За стеклами окон дальней стены был виден плавательный бассейн, подсвеченный цветными прожекторами. На тщательно выстриженном газоне аккуратно сложили кресла и лежаки из белого пластика.
Присматриваясь к действиям посетителей, и мы направляемся к стоявшему посреди зала огромному столу. Я еще не знал, что он назывался шведским. Мои глаза были на выкате от разнообразия закусок из мяса, рыбы, фруктов, овощей и выпечки. И здесь волшебные запахи разгоняли аппетит. Удивляла особенно возможность класть на свой поднос все, чего твоей душеньке захотелось – сколько съешь, без ограничений.
А на улице, у выхода из ресторана, с нами вдруг заговорили по-русски Меер и Маня. Они тоже представились нам супругами СКАЧАТЬ