– Павел Григорьевич, Павел Григорьевич, Павел Григорьевич, все сделала как вчера, Павел Григорьевич, Вы поручили, все напечатала, все оформила, Павел Григорьевич…
Паша проводил Ирину взглядом птицы, попавшей в силки, а Катя, не оборачиваясь переступила, качнув в приветствии частью тела, считающуюся у недалеких мужчин, самой привлекательной, едва не потеряла равновесие, уронив на стол перед Павлом Григорьевичем другую привлекательную часть тела от созерцания которой Павел Григорьевич старательно, но безуспешно уводил взгляд, а Ирина сказала:
– Доброе утро, всем здравствуйте. Какой сегодня чудесный день!
Паша кивнул в знак приветствия и ответил:
– А вот, и Ирочка пришла, покажи ей.
Не отрывая грудь от стола начальника, Катя в глаза тупому идиоту, не очарованному ее упругой грудью, глубоким взглядом, влажными губами, капризно, как бы с откровенным намеком на несостоявшийся, но она, Катя, уверена, желаемый Пашей интим, промурлыкала: – Но мы же вчера все обсудили.
Глазенки у Паши забегали и столкнулись со взглядом Ирины. – Это письмо в Минпромторг? – спросила Ирина.
– Да, – ответил Павел Григорьевич.
– Я смотрела вчера, – ответила Ирина, – и поправила по тексту. И через паузу, подталкивая доверчивого Пашу к самостоятельному поступку, добавила:
– Мне что, орфографические ошибки проверить?
И Паша, никогда прежде, не подписывающий деловых писем без визы Ирины Николаевны, поставил кучерявую свою подпись, израсходовав на поступок дневной запас решительности, сменившейся на привычное состояние сомнения, и удерживал письмо, сожалея, что не попросил Ирину его завизировать, и выдумывал повод попросить об этом, не роняя авторитет руководителя.
Накрашенные в разные цвета коготки пылкой Катерины без видимых внешних усилий овладели письмом. Катерина вспорхнула, провожаемая сожалеющим взглядом Паши и взглядом Ирины, осуждающим жирную корову, прикидывающуюся маленькой, очаровательно глупенькой киской и, что обидно, успешно, перед не зрячими настоящую женскую красоту глупыми мужчинами.
Рабочий день прошел обыденно: Ирина Николаевна просматривала и правила деловые бумаги, которые приносили подчиненные Павлу кокетки, Павел подписывал, Катерина варила (вставляла таблетку в автомат) Павлу Григорьевичу кофе и иногда делала одолжение и Ирине, снисходительно удовлетворяла подобострастные просьбы сослуживец, выдавая им самую недорогою, бывало, что и с просроченным сроком использования таблетку и ревниво наблюдала, как бестолковые девицы, «ломали» аппарат, растущими не «из тех» мест руками. В обед Паша уходил спать в кабинет Николая, профессионала обеденного настольного тенниса, равного по должности с Пашей, но имевшего личный кабинет, СКАЧАТЬ