Как в СССР принимали высоких гостей. Оксана Захарова
Чтение книги онлайн.

Читать онлайн книгу Как в СССР принимали высоких гостей - Оксана Захарова страница 23

СКАЧАТЬ указание «костюм – фрак», так как если на приеме будет присутствовать товарищ Калинин, то «нельзя же нам быть во фраке, когда он будет в пиджаке. У многих из обозначенных приглашенных вообще нет фраков, нельзя же быть мне овер-дрессед, когда Калинин будет ундердрессед» [58].

      При посещении Дома Красной армии и флота следует внимательно осмотреть, как пишет Чичерин, экспозицию, посвященную Афганистану, «чтобы там не было чего-нибудь унизительного или чего-либо напоминающего о территориях, отнятых Россией» [59].

      Чичерин постоянно обращает внимание на недопустимость расплывчатых определений в плане визита. Нельзя писать, что в ложе Большого театра вместе с падишахом, его свитой, Чичериным, Караханом, Луначарским будут находиться «<…> прикомандированные, это все неясно. Надо точно установить, сколько в этой свите людей, сколько прикомандированных и не получатся ли селедки в бочке» [60]. Что касается предлагаемого репертуара, то, по мнению Чичерина, балет «Красный мак» недопустим, так как этот цветок – символ борьбы на Востоке против Англии, то есть символ революции, и мы этим как будто нарочно говорим падишаху: «Борись с Англией сколько хочешь, результатом будет революция у тебя самого» [61].

      Особое беспокойство вызвала у Чичерина ленинградская составляющая программы, по его мнению, необходимо было дать Ленинграду точные инструкции по всем вопросам визита. «Напоминаю, что в юбилейные торжества т. Киров при иностранных консулах вспомнил о том, как в 1918 году консулы протестовали против террора, и сказал: «Вместо этих отвратительных консулов скоро будут красные консулы других советских государств», не скажет ли Киров «что-нибудь подобное относительно королей» [62]. Кроме этого, Чичерин подчеркивает, что «Аманулла-хан в полной мере поддерживает ислам и свои главные речи произносит в мечетях. Наша публика склонна считать его <…> чем-то вроде интеллигентов прежнего времени, выходцев из высших слоев, и будут говорить с ним о религии в тоне единомышленников, это особенно возможно в Ленинграде» [63].

      Замечания Чичерина демонстрируют не только его глубочайшие познания в области дипломатического протокола, стиль изложения отличает удивительная самоирония, присущая истинным интеллектуалам.

      В это время Чичерин был не единственным высокообразованным дипломатом в Наркомате иностранных дел, к числу дипломатической элиты по праву принадлежит и А.М. Коллонтай. Поэтому не случайно, что, когда остро встал вопрос о сопровождении супруги падишаха, Флоринский пишет Кара-хану, что «наилучший и единственный, пожалуй, выход из положения – это приезд в Москву т. А.М. Коллонтай <…> Не приходится говорить, что т. А.М. Коллонтай обладает всеми необходимыми качествами и если возьмется за это дело, то блестяще его выполнит. Титул ее – посланника – также играет большую роль и, конечно, будет оценен афганцами» [64].

      Карахан предлагает организовать приезд Коллонтай под видом отпуска или очередного прибытия по текущим делам, чтобы этот приезд в СКАЧАТЬ