Название: Интервью номер один
Автор: Михаил Грушевский Дмитриевич
Издательство: ЛитРес: Самиздат
Жанр: Биографии и Мемуары
isbn:
isbn:
– Что такое счастье?
– Я не могу произнести это вслух, потому что счастье – это птица. Ее надо держать за хвост. А если произнести вслух, как ворона про сыр – тогда оно улетит.
– Расскажите о Вашей первой любви.
– О! Это было так давно! Мне тогда было 16 или 17 лет. Я вздыхала, он меня провожал – мы в одном хоре пели. Он – будущий шахтер, а я – будущая учительница. Ну, а потом подружка, совсем некрасивая (я тоже была некрасивая), отбила его. Она умела целоваться, а я стеснялась. А теперь в меня влюбляются все только как в артистку.
– А как в женщину?
– Как в женщину? Если уж и влюбляются, то начинают видеть во мне домработницу. А я – артистка. И поэтому я предпочитаю – пусть как в артистку влюбляются, по крайней мере, не будут надеяться, что я стану щи, борщи варить… Я могу варить только для Володи Полякова, для моего нынешнего мужа, потому что он появляется на один день раз в неделю. Это не очень обременительно. А если бы каждый день пришлось это делать – я бы, наверное, сошла с ума.
– А Вы не хотели бы быть мужчиной?
– Мужчиной? Думаю, что нет.
– Почему?
– Красивые платья люблю.
– Как Вы считаете, мужчинам легче живется, чем женщинам?
– Я думаю, что да. Если мужчина куда-нибудь собирается – ему достаточно положить сорочку, носки и сменное белье. И – вперед. А что нам? Каково нам? Появляться в том, в чем я еду в поезде, – нельзя. Значит, надо переодеваться. Макияж надо делать? Надо. Значит, я должна взять с собой косметику. А прически? Это же ужас какой-то! То есть женщина всю жизнь раба своего гардероба, своих женских привычек.
– А как живется, если и муж – «звезда», и жена – «звезда»?
– У нас был единый организм: Броневицкий–Пьеха. И вот доказательство – когда я ушла из «Дружбы» после совместных 20 лет, он растерялся. По-видимому, мужчины слабее. А я долго шла к этому уходу. Потому что фактически любовь превратилась в служебный роман. «Работа, песни, города, и только так и не иначе».
– Но ведь можно было пойти и по другому пути?
– Я хотела вместе с ним работать, но иметь другого мужа, на что Броневицкий категорически возразил.
– Часто вы ссорились?
– Ну, как ссорились? Он покричит-покричит, я поплачу-поплачу, и все – забыли.
– А можно себе представить такую безумную идею, что Вы влюбитесь и выйдете замуж в четвертый раз?
– Нет. Есть такая одесская поговорка: «Поздно, Рита!».
– А какой у Вас характер? Вы можете выйти из себя?
–Был день рождения Броневицкого, 40-летие, по-моему. Устроили импровизированный банкет в Мурманске. А один из ансамблистов был страшный подхалим. Он постоянно, как это говорят музыканты, «лизатто» делал Сан Санычу. Ну и начал он говорить какие-то СКАЧАТЬ