Название: Замолчало море
Автор: Артур Вадимович Федосеев
Издательство: ЛитРес: Самиздат
Жанр: Современная русская литература
isbn:
isbn:
Только ветер оживлял происходящее, заставлял почувствовать движение в этом мгновении. Гудели трубы, разобранные ракеты, точно в них обитали призраки прошлого. Все вокруг было заполнено ими; закрой глаза, и увидишь былое ─ суету, машины, космонавтов; запах ракетного топлива, сварки, сырой химии… Теперь же только редкие птицы ютились на верхушках тощих балок, башен, в дырявых крышах.
Именно таким он застал это место. Стеклянная осень, холодное, синее небо, на котором загорались звезды-маяки. Он очень устал. Многие километры остались позади, но ещё больше их лежало там, за горами, равнинами и реками. Как же он мечтал о воде! Жажда стачивала всякую силу, высушивала жизнь так, что даже губы ─ самое чувственное в человеке, ─ походили на песчаник.
Ноги подкашивались, на пятках жгли мозоли. И все же он шел. Как марионетка, ведомый не столько волей, сколько привычкой, теми нитями рока, что тянулись к нему откуда-то из глубин давно потерянных богов, сказок и мифов. Иступлено переставляя ноги он забылся. Впереди задувал морской ветер − это чувствовалось по острому запаху соли. Сколько надежды скрывала в себе вода, сколько жизни. Только она и могла подарить этому пустырю спасение, окрасить его лазуром, перламутром раковин.
Он обернулся, ещё раз взглянул на космодром. "Вот ведь странное место", ─ подумал он. Затянул потуже лямки походного ранца; надвинул шапку на глаза, на какой, под резинкой хранились игральные карты и несколько зеленых купюр давно рухнувшего государства. Со всех ног он ринулся вперед, на штурм моря. Оно пряталось где-то за холмом, который будто бы назло не имел конца.
Дырявые башмаки спадали. Он чувствовал все эти редкие, колючие кустарники; раздавленные, они пахли свежей зеленью, чем-то пряным. Песок, проникая сквозь дырявую подошву, неуютно прилипал к мокрым от пота ногам. И вот, вдруг, он оказался на вершине. Впереди, в тусклом вялом солнце, он столкнулся с разочарованием. Лицом к лицу, без права на торг и поблажки.
Внизу раскинуло огромное, некогда величественное море. Напоминанием о нем служили размытые штрихи берега. Фантазия, голодная, усталая, стремилась наполнить этот котлован водой, искрами, шумом волн… Реальность же оставалась неумолимой: море давно высохло, а ветер лишь разносил его далекие, затерянные во времени вопли; был вестником, радиосигналом давно утраченного счастья.
Два ярких камня, янтарных капли, горели среди песка ─ маленькие озерца, заполненные солью. Такие же пустые, как и вода на далеких планетах.
Он растерялся; надежда догорала угольком где-то внутри, отравляя копотью. На глаза навернулись слезы. Воды нет, нигде. Жевать кустарники? Рыть землю руками, в последнем рывке к жизни? Проследить за птицами? Верно! Они ведь откуда-то берут её. Он обернулся на космодром. В полутьме, забытый, великий, напоминал он о чем-то давно утраченном. Таким видится далекое детство. Грусть, разочарование ─ все это было в падшем колоссе. Наверное, ─ подумал он, ─ это место пылало огнями по ночам. Сейчас же ночь его проглатывает, как мелкую рыбешку. Брошенный ребенок, не способный выжить без человека… Вот с места сорвалась одна из птиц. Никогда прежде он не любовался полетом вороны с таким упоением. Черный мазок на небе. Птица устремилась к высохшему морю.
Она растворялась в дали, пока не слилась с сумерками. Где-то у самого берега зажегся одинокий огонек.
"Быть может ворона унесла с собой огонь?" ─ подумал он и сел на голую землю. Песок отдавал теплом ушедшего дня, обволакивал. Внезапно на него навалилась усталость, ноги обратились корнями, и даже пожелай, он не сумел бы оторваться, выкорчевать себя. Я устал. Столько дорог пройдено, столько путей; асфальт, густые леса, болота, заснеженные поля…
Огонь. Какова его природа? Маленькая звезда на земле, полная тепла в этой пустыне, манила сильнее любой, даже самой яркой звезды на небосклоне. Немая, холодная красота… Разве могла она выиграть у такой простой надежды? Новое чувство подкралось волком ─ но не хищным, а израненным, одиноким, голодным. Он обернулся: никого. Тогда что же так дрожит в груди? Он боялся признаться: скорее всего тот огонек ─ не удар молнии в сухое дерево, не горение газа ─ то был человек. Иная сущность, со своими мыслями, мечтами и страхами. Он не знал чего страшился больше, умереть от жажды или найти спасение в руках другого. Убедиться что огонь ─ лишь иллюзия, или же застать чужие глаза, душу, услышать голос.
Впервые за многие годы он заговорил
─ Человек… сколько лет? Как меня зовут?
Он не узнавал своего голоса. Хриплый от жажды; осипший за ненадобностью, кряхтел подобно старому автомобилю, который простоял на свалке много лет. Откуда-то из закромов своей памяти, далекого детства, проступила книга. Он читал СКАЧАТЬ