Боль все годы не отпускает тех, кто утратил в военном ненастье своих родителей, детей. И все это время люди ищут своих родных. Надеются…
…В кабинет Александра Михайловича Деревянко, сотрудника Министерства внутренних дел, зашла женщина. В глазах – невысказанная боль, тревога, а еще столько усталости. И слезы…
– Слушаю вас, – еще раз обратился Деревянко, приглашая женщину к разговору.
– Думала, что все уже выплакала тогда, – растерянно развела она руками. – Да вот опять откуда-то взялись. Не знаю, с чего начать. Фамилия моя Цимбай, зовут Марией Осиповной. Живу в Минске. На днях попалась мне на глаза заметка в «Вечернем Минске». Так впервые узнала, что дети в яслях тогда, в сорок первом, не погибли. Оказывается, их вывезли на восток. Среди эвакуированных, наверно, находился и мой сын Борис. А я считала его погибшим…[57]
Война ворвалась в жизнь минчанки Марии Осиповны Цимбай, как и в миллионы других жизней. Июньским днем она отвела трехлетнего сына в сад по ул. Ямной (Борис болел трахомой).
На третий день войны, когда женщина возвращалась с работы, Минск пылал. Прежде всего – к сыну. Как он там? Вот и знакомая улица. И вдруг ноги будто приросли к земле. Где же ясли? На месте двухэтажного дома зияла огромная воронка. На дне еще клубился дым.
– Борис! Сыночек! – воскликнула женщина и как подкошенная рухнула на землю.
В тот день беда постигла многих. А вскоре в город пришли фашисты. Она расспрашивала у жителей ближайших кварталов, не видел ли кто-нибудь детей? Нет, не видели. В здание попала большая бомба. Скорее всего, они остались там…
Цимбай Мария Осиповна:
– Вот так война почти в первые же дни забрала у меня сына. Когда Минск освободили, я продолжала поиск. Но безрезультатно. Потом у меня родилась дочь Валентина. И вот недавно прочла в газете, что дети были эвакуированы в г. Курган. А вдруг Борис живой? Знаю, что отыскать его через столько лет – дело почти невозможное. Три дня не могла успокоиться. Столько передумала. И вот не выдержала, пришла к вам за советом. Поймите меня правильно. Я же мать…
Александр Михайлович внимательно слушал женщину, делал необходимые пометки. Сколько людей обращаются за помощью в Министерство внутренних дел, просят кого-нибудь отыскать. Как правило, имеются точные данные. В первую очередь, где и когда родился, жил, работал. В данном случае только фамилия и имя. Следы затерялись более сорока лет назад (разговор происходил в начале восьмидесятых годов). Война вон как переворошила человеческие судьбы… Вывезли в Курган, разместили в детском доме. Только был ли там Борис През?
Деревянко хотелось помочь женщине в ее горе. Найти сына, которого забрала проклятая война. Только как?
Начались поиски. Нашелся Пётр Васильевич Дыло и члены его семьи. Через несколько дней Александр Михайлович подготовил письмо на имя заместителя начальника управления по поискам исполкома Союза Товариществ Красного СКАЧАТЬ
57
Деревянко, А. Через 39 лет / А. Деревянко // На страже Октября. – 1980. – 3 окт.