СКАЧАТЬ
промокая под летними ливнями, разрисовывая лицо красками и срывая голос; она бывала и на заброшенных железных дорогах, фотографируя исписанные гаражи и неподвижно застывшие старые поезда; со знакомыми каталась Яна по Москве на машине, гуляла по набережным, курила кальян, много смеялась и говорила о пустом, будто радуясь всему происходящему – и действительно она радовалась; она ходила в салон и делала маникюр; точно так же, как и многие ее однокурсницы, она когда-то плела цветные фенечки и носила их на запястье, и Яна понимала всех хиппи, всех панков, всех бродяг и уличных музыкантов; она смотрела на женщин, работавших в библиотеке их корпуса, потом на некоторых своих однокурсниц и хорошо представляла себе процесс превращения; она смотрела на преподавателей, которые приходили в ярость и впадали в тоску оттого, что никто не знал ответа на заданный ими вопрос, – и тогда вспоминала собственные чувства, испытанные ею, когда она рассказывала кому-то о чем-то, что было бесконечно важно и дорого ей, а никто не понимал. И таким образом она знала, что движет ими всеми, всеми людьми, которых она встречала, – она каждого могла понять, будто полностью встав на его место; она и вставала – иногда мысленно, иногда физически; и единственное, что неизменно и невыносимо пугало ее, была мысль о том, что ни один из них не соединил в себе черты более чем двух или трех типажей. Каждый кем-то являлся – кем-то определенным; один не мог полностью понять другого; а Яна могла – но ни в одном занятии прежде, как бы оно ни увлекало ее, и ни в одном человеке, как бы он ей ни нравился, она не находила и не видела себя, и в конце концов ей становилось скучно.
Она знала, что в чем-то однажды найдет свое отражение.
Так случилось, когда она стала писать. Это было трудно и даже страшно признать – из-за всего, что она видела вокруг, из-за того одиночества, на которое себя обрекала, из-за неотвязной мысли о несовместимости женской природы и литературного труда.
Возможно ли молодой девушке, рожденной в XXI веке, понимающей этот век и любящей его, знающей различные типажи людей, действительно стать писателем, в произведениях которого круг тем не ограничивался бы семейными драмами, кухонными войнами, сплетнями, любовными треугольниками, больным детством, подростковыми переживаниями, проблемами ЛГБТ-сообщества, суицидами; нет, таким писателем, который бы, навсегда храня в душе любовь к классике, стремясь к такому же богатству языка, сумел бы обратиться к современности и честно рассказать о ней; при этом – не стать одной из тех женщин, что царствуют в библиотеке; не собрать волосы в пучок, не купить очки, не достать с верхней полки шкафа вязаную кофту; нет, всё же «думать о красе ногтей», пользоваться всеми благами XXI века, оставаться женщиной, не разлюбить косметику, одежду и мужское общество; выглядеть так, как выглядят девушки, регулярно посещающие дорогие фитнес-клубы; выглядеть так, чтобы никто и в жизни не смог бы подумать, не зная ее, что она – писатель. Воображение рисовало ей картины
СКАЧАТЬ