Скуки не было. Бенедикт Михайлович Сарнов
Чтение книги онлайн.

Читать онлайн книгу Скуки не было - Бенедикт Михайлович Сарнов страница 16

СКАЧАТЬ на уголь,

      А после из бездны вынул

      И дал ему стол и угол.

      Мы все ходили под богом.

      У бога под самым боком.

      Однажды я шел Арбатом,

      Бог ехал в пяти машинах.

      От страха почти горбата,

      В своих пальтишках мышиных

      Рядом дрожала охрана.

      Было поздно и рано.

      Серело. Брезжило утро.

      Он глянул жестоко,

      мудро

      Своим всевидящим оком,

      Всепроникающим взглядом.

      Мы все ходили под богом.

      С богом почти что рядом.

      О «Хозяине» я отозвался более сдержанно. Хотя первая строчка ("А мой хозяин не любил меня…") сразу захватила меня своей грубой откровенностью. Да и другие строки тоже впечатляли:

      А я всю жизнь работал на него,

      Ложился поздно, поднимался рано.

      Любил его. И за него был ранен.

      Но мне не помогало ничего.

      А я возил с собой его портрет.

      В землянке вешал и в палатке вешал —

      Смотрел, смотрел,

      не уставал смотреть.

      И с каждым годом мне всё реже, реже

      Обидною казалась нелюбовь.

      При всей своей горькой мощи это стихотворение слегка отвратило меня тем, что автор говорил в нем не столько о себе и от себя, как, на мой взгляд, подобало говорить поэту, а от лица некоего обобщенного лирического героя. Как мне тогда представлялось, сам Борис вряд ли так уж любил Хозяина, и уж во всяком случае вряд ли таскал с собою и развешивал в землянках и в палатках его портреты.

      Примерно это я тогда ему и сказал. (Не уверен, что был прав, но – рассказываю, как было).

      Борис промолчал.

      Но пока всё шло более или менее гладко.

      Неприятности начались, когда он прочел стихотворение, начинавшеееся словами: "В то утро в мавзолее был похоронен Сталин".

      А кончалось оно так:

      На брошенный, оставленный

      Москва похожа дом.

      Как будем жить без Сталина?

      Я посмотрел кругом:

      Москва была не грустная,

      Москва была пустая.

      Нельзя грустить без устали.

      Все до смерти устали.

      Все спали, только дворники

      Неистово мели,

      Как будто рвали корни и

      Скребли из-под земли,

      Как будто выдирали из перезябшей почвы

      Его приказов окрик, его декретов почерк:

      Следы трехдневной смерти

      И старые следы —

      Тридцатилетней власти

      Величья и беды.

      Я шел все дальше, дальше,

      И предо мной предстали

      Его дворцы, заводы —

      Всё, что построил Сталин:

      Высотных зданий башни,

      Квадраты площадей…

      Социализм был выстроен.

      Поселим в нем людей.

      Отдав должное смелости его главной мысли (заключавшейся в том, что сталинский социализм – бесчеловечен, поселить в нем людей нам только предстоит), я сказал, что в основе своей стихотворение все-таки фальшиво. Что я, как Станиславсий, не верю ему, что он действительно СКАЧАТЬ