Название: Неформат
Автор: Марина Владимировна Брагина
Издательство: ЛитРес: Самиздат
Жанр: Современные любовные романы
isbn:
isbn:
склона, cтараясь не попадаться на глаза знакомым из МАИ.
Глава 2
«Стою на вершине…»
Новый, 1972-й год и окончание сессии две подружки отмечали в кафе «Крымское» на
«Парке культуры», которое завсегдатаи – сплошь мгимошники и инязовцы – именовали не иначе
как «Крым». В «Крым» сбегали с лекций, там готовились к экзаменам, обменивались
конспектами, списывали задания. В общем, там собирались все свои, за исключением редких
вкраплений цивильной публики.
Признаком «своих» были громкие, без оглядок на окружающих разговоры и здоровый
жеребячий смех без риска получить в ответ осуждающий взгляд кого-нибудь из персонажей
средних лет, которых невоздержанная на язык Лилька в присущей ей манере называла «26
бакинских импотентов», или их сверстниц, растерявших остатки сексуальности, но не утративших
желания осуждать её в молодых. Поскольку ребят там всегда оказывалось больше, чем девчонок,
Лилька постоянно устремлялась в «Крым», как стремится на свежевспаханный луг скворец в
поисках жирных отборных червяков. Вот и сейчас Лилька оценивающе осматривала
присутствующих, одновременно слушая подругу, которая оживлённо и с чувством облегчения
щебетала о своём. И немудрено – сессию сдала на пятёрки, зачёты стали формальностью. А самое
главное – в тот день с утра из «Кремлёвки» выписали, наконец, Жору.
Здорово он тогда их всех напугал – загремел с микроинфарктом, к счастью не очень
тяжёлым. У Ляли гулко, как-то потусторонне застучало в ушах, когда они вдвоём с матерью, обе в
белых халатах, стараясь ступать на цыпочках, вошли к нему в палату. Жора, обычно загорелый –
воплощение лозунга «солнце, воздух и вода» даже в гриппозной, обесцвеченной зимней Москве
– на этот раз выглядел каким-то иссиня-бордовым, а черты его лица стали резче – точь-в-точь как
на снимках сельских армян, которые Ляля видела на страницах журнала «Советский Союз». Отец
широко улыбнулся им навстречу, но Ляле почудилось, что где-то глубоко в его взгляде засели
искорки страха. И это испугало её больше, чем нездоровая бордовость его щёк. Ляля кинулась к
нему, пряча за суетливостью движений собственный страх, и, искусно интонируя армянский
акцент, шутливо восклицала:
– Послюшай, ара, видишь что бывает, когда коньяк пьёшь по-русски, по-шалтай-болтайски.
Панимаешь? Настоящий армянин коньяк закусывает, и обязательно персиком!
Жора смотрел на неё, как добрый незадачливый пёс, которого заботливая хозяйка в
последнюю минуту оттащила за тугой ошейник от края смертоносного обрыва, и Ляля вдруг
впервые почувствовала, как сильно и безотчётно она на самом деле любит отца. СКАЧАТЬ