Было странным, что такая сильная боль стихла неожиданно быстро. Отдышавшись, он медленно поднялся, его все еще мутило. Постаравшись ни о чем пока не думать, он направился на улицу. Входная дверь не поддавалась, словно была приварена. Отполированный до блеска засов с гравировкой не поддавался, как он только не налегал на него. Спустя момент, как по наитию, Хэмминг сделал шаг назад и закрыл глаза. На этот раз он услышал какое-то бормотание и снова звук засова открывающейся двери. Вскоре он оказался снаружи.
Хэмминг стоял посреди поля, вдыхая свежий воздух, который принес ветер, взял себя в руки и попытался собраться с мыслями. Он все пытался представить полную картину произошедшего с ним. Некоторые связующие моменты воспоминаний были грубо вырваны из его памяти, оставив набор картинок, порой совершенно абсурдных. Самое раннее, что он мог вспомнить это праздничный ужин. Последним же что он помнил, перед тем как погрузился в кошмар, было лицо Карсвелла, держащего в руке кровавую бритву. На нем были брюки и белая майка, испачканная кровью. Мерзкие, заполненные кровью глубокие раны на шее напоминали кровавые жабры, они постоянно пульсировали, источая кровь. Он смотрел на Хэмминга и что-то невнятно бубнил. Рядом с ним вдруг появились двое уродливых карликов, они медленно шагали по направлению к Найтблюму. Лица он видел очень четко – одинаковые, изрезанные в разных местах глубокими шрамами. Схожий хищный взгляд, челюсти с раздвоенными подбородками – судя по всему близнецы. Глаза мелкие, как у свиней, глубоко утопленные в узкие глазницы. Мясистые овальные лица. У обоих одинаково оттопырено левое ухо. Лоб одного очень пологий, другого бугристый. Постоянно открытые рты, но не как у умственно отсталых, а в осознанном оскале. Их крупные зубы были в таком состоянии, что им мог бы позавидовать любой: абсолютно ровные и симметричные. Один из странных уродцев подошел ближе и, изобразив пальцами пистолет, указал на Хэмминга. Прозвучал выстрел. Хэмминг в панике открыл глаза. Перед ним все также простиралось серое поле.
Найтблюм понимал, что эти отвратительные воспоминания не могут быть правдой, но, тем не менее, еще никогда в жизни он так четко не представлял ничего. Казалось, что-то постоянно вклинивалось, мешая вспомнить реальную картину событий. Все что он знал, лишь то, что он был убит, по видимости одним из карликов, и Карсвелл был там. Он подавил в себе вновь подкатывающее волнение. Закрыв глаза, опустив голову и вдохнув поглубже, он начал издавать гудящий звук. Таким образом Хэмминг приводил мысли в порядок в особенно сложных для него ситуациях. Вскоре звук стал громче, заполнив все вокруг. Найтблюм полностью погрузился в мысли.
Картинки сходятся вместе, недостающие всплывают сами собой и выстраиваются СКАЧАТЬ