СКАЧАТЬ
у нее накипело за ту рабочую ночь у мусорки. На том же пандусе днем: получательница товара громко орет поставщику в лицо: помидоры его гниют! А поставщик громко возражает и поучает: ты не ложь помидоры кучей, потому что если баба видит кучу, она начинает ее гребсти (показывает как скосоворотившись та баба своей клешней разгребает кучу), чтобы найти спрятанное от нее лучшее. В том торговом месте все заняты установлением мнения о том как много она делает, а на товар часто времени уже не остается, чтобы ценник нацепить. И такая вся страна Дураков, как метко ей дали погоняло и в сердцах обзывают повсюду, не только в том дур. доме супер, точнее гипермаркете. Вообще везде сила, излишняя, в большом количестве оказалась вся выскочившей прямо на улицы и далеко даже отъезжать от слегка освещенного нами места не надо, как мы сталкиваемся с другим видом дури: одутловатым и тщательным. Ну ладно берлинцы почти полностью снесли и растащили свою стену, по русской указке построенную и перегородившую все посреди города. И все же несмотря на плохую символику и явные затруднения, где-то стена была сохранена как память и даже жалели что так мало. В Красноярске же от аэродрома и его взлетно-посадочных полос, оказавшихся внутри города, ничего не оставили – все раздолбали, что жалеть. Лицо того района изменилось до неузнаваемости, все аэровиды исчезли. Спрашивается зачем это нужно было делать, когда кругом и рядом столько бросовых, пустынных и ненужных земель, зачем не застраивать их, а именно в местах хорошо бетонированных полей? Каждая из них могла сойти за улицу, бульвар, аэро-площадь, или как есть Елисейские поля, так были бы Взлетные поля (название). Ведь бетонные полосы это что-то ровное вокруг чего можно бы было разводить урбанизацию, цивилизацию, сакрал, стоящий не на зыбкой, пустой почве, но на том что намостило прежнее время, прежнее поколение, старое градостроительство какой-никакой середины прошедшего ХХ-го века, гармонично бы дополненное вокруг. …Но уроды все раздолбали и разбабахали сначало (как ледостав вздыблевшийся вывороченными льдинами являла из себя та последняя прощальная картина. Ломать не строить. Как Марьина Роща посреди Москвы – старинный (древний) топонимический анахронизм, так и авиационное в Красноярске оказалось таким же самым былым. Пусть начальный период крушения и ломания старого пришелся на грубоносные советские времена, но самые последние остатки бетонных плит раздребезгали когда прошли несколько лет следующего века, а тот участок еще как-то сохранял вид вдаль и память прежней мощной кладки. На тех местах все-таки сохранялось открытое место под площадь, но затянутое в основном асфальтом, постройками, чахленькими русскими газонами с неизменно сопутствующим бурьяном. Так же разрушили и уничтожили ж-д вокзал, чтобы сделать на его месте помпезный новый. Какая-то мода новая русская на Руси пошла ломать хорошие добротные здания, вместо того чтобы обновлять или
СКАЧАТЬ