– Я очень хочу понять тебя, но мне пока тяжело это дается. Солнышко, ты все что у меня осталось. Тяжело заставить себя, признать… – на лице Изабель появилась кривая улыбка. – Моя… маленькая девочка… выросла и стала красивой девушкой.
– Если ты хочешь понять меня, – начала я, когда неловкая тишина поглотила кухню. – То начни слушать, не только мои слова. Очень часто тебе что-то пытается сказать Хё, да и Генри тоже. Я понимаю, мы есть друг у друга, но они тоже, как-никак, часть нашей семьи, – больно произносить имя Хёну рядом с семьей, понимая, что не могу назвать его больше чем хороший друг. Порой хочется кричать, рассказать всем о моих чувствах. Но молчу, предавая саму себя…
– Я постараюсь, – произнесла Изабель, посмотрев на нее, увидела боль во взгляде. Ей тяжело переступать через себя и свои страхи, но она пытается измениться ради меня. – Давай постараемся вместе, мне так не хватает моей Лилу.
– Мне тебя тоже не хватает, – улыбнувшись, произнесла я, где-то внутри появилось приятное тепло. Конечно, мало верю, что все изменится по щелчку пальцев, но хотелось, чтобы хоть что-то поменялось.
Изабель включила телевизор, объемный экран появился над столом будто из ниоткуда. На стене вверху, почти на стыке между потолком, находился специальный датчик, который производил изображение и звук. Маленький проектор, подобный, но более мощный, был и в кинотеатре, в который мы ходили с Хёну.
– Вот и наступил знаменательный день, – послышалось с экрана. Подняв взгляд увидела молодую девушку, с пшеничного оттенка волосами. Строгий черный костюм придавал ей солидности, но отчего-то казалось, ей было неуютно. Позади нее зеленый холст, на который с опозданием наложили картинку города в реальном времени. В одном из парков столицы сейчас проходил благотворительный концерт, там выступала группа, на концерт которой меня позвал Хёну. – К глубочайшему сожалению, мы так и не знаем точно, какова была причина гибели старого мира, – знакомая пластинка, хотя бы соврали про метеорит или что-то в этом роде. В это бы точно поверили, чем в непонятную загадку вселенной, которая стерла с лица земли почти все, оставив крайне мало после себя. Хотя очень многое, касаемо культуры и знаний старого мира, уцелело, и это самое удивительное. Загадка, которую совершенно не хотят разгадывать. – Отсчет нового мира начался тринадцатого июля две тысячи семидесятого года. Тогда официально появились новые страны, – закатив глаза, нашла второй пульт и снизила громкость, до нейтральной.
– Тебе помочь? – спросила я, посмотрев на тетю.
– Не стоит, солнышко, – сказала блондинка, продолжая делать тесто для блинов. – Сегодня на завтрак блинчики, – улыбнувшись, сказала она и подняла на меня серо-зеленые глаза, СКАЧАТЬ