Олби отставила пробирки в сторону и подошла ближе к центральному дисплею, на котором появилось изображение с головной камеры патрульного робота. За спинами исследователей, в помещении изолятора, Хейзи приподняла голову и тоже внимательно следила за экраном.
Судя по ракурсу и наклону изображения, робот лежал на земле. Сквозь высившиеся над ним кроны деревьев земли достигали лишь редкие лучи лунного света. Он не двигался, но камера очень удачно охватывала место посадки спутника и ворованного ионолёта – смутные силуэты их корпусов были видны в кадре, а вблизи них валялось несколько выломанных кусков обшивки. Земля вокруг аппаратов была изрыта выдернутыми из неё корневищами. Был хорошо различим в полумраке и космотехник, что-то старательно ковырявший внутри груды металла, судя по всему, являвшейся остатками спутника. Но рядом с ним, чуть позади, на выкорчеванном из земли стволе сидел ещё один человек.
– Джен, кто это? – спросил Верон.
– У меня нет данных. Информационный чип не обнаружен.
– Немедленно дайте команду роботу его задержать! – воскликнула Олби.
– Доступ отсутствует.
– Код отказа? – спросил Верон.
– Входящая связь по глобальным каналам не осуществляется.
– Но при этом работает исходящая?
– Очевидно, коммуникационный модуль повреждён.
– И весьма талантливо. Судя по тому, что мы видим, в этом замешан твой космотехник, – предположил Верон.
– Его медицинские показатели говорят против этого. Учащённый пульс, повышенное артериальное давление. Высокий эпинефрин.
– Уровень глюкозы? – уточнила Олби.
– Девять миллимоль на литр.
Олби впечатлённо присвистнула.
– Ему страшно, – констатировал Верон.
– Получены звуковые данные. Оптимизирую шумоподавление.
Через пару мгновений на всю лабораторию раздался внешне спокойный голос Ракеша, волнение которого выдавалось лишь редкими скачками интонации:
– …Тогда кто-то впервые и высказал это предположение, потому что всё больше учеников проваливало этот экзамен. Хотя они и были полностью готовы теоретически, а для механических навыков им, скорее, просто нужна была практика – тем не менее, компьютер принимал решение о запрете на пилотирование.
– Почему? – спросил неизвестный.
– Кто знает! Может, по психологическим причинам, или по медицинским, а может, кто-то просто не хотел допускать всех желающих к ручному управлению ионолётами – алгоритм расчёта результатов всегда держался в секрете. В общем, это породило сомнения.
Наконец Ракеш встал и медленно подошёл к незнакомцу, аккуратно протянув ему извлечённую из корпуса спутника деталь. Тот приподнял её над головой, стараясь лучше разглядеть в лунном свете, а потом сказал:
– Сомнения рождают истину.
СКАЧАТЬ