На кухне повисает пауза, за время которой Меринов успевает налить себе еще и так же нагло на меня глядя – выпить. Словно бы демонстрируя мне свою силу перед зеленым змеем.
– Очень по-взрослому, – замечаю с усмешкой и оглядываюсь в коридор, – где ваша жена?
Меринов продолжает молча смотреть на меня, поверх своего пустого бокала. Но с таким видом, словно меня вообще тут нет. Чертов сукин сын.
Отлепляюсь от дверного косяка и делаю пару шагов к столу, Меринов спешно забирает бутылку. Я усмехаюсь.
– Не волнуйтесь, ваше пойло останется целым и невредимым.
– Конечно, три косаря за бутылку. Уж будь любезна…
– За что вас уволили? – я сажусь на краешек табуретки, готовая в любой момент сбежать, и в то же время испытывая острое любопытство.
– Выпей со мной, – мент деловито двигает в мою сторону чистый бокал, непонятно откуда появившийся, и наливает в него алкоголь.
– Я же сказала, что не пью.
– Ладно, тогда давай по-другому. Я расскажу, если ты выпьешь этот долбанный коньяк, – с этими словами он показывает на мой стакан пальцем.
Чувствую некий подвох, но что именно происходит понять не могу. Смотрю на напиток, и сглатываю. Ощущаю терпкий алкогольный запах, но пробовать это мне не хочется. Разумеется, ничего крепче шампанского мне никогда не предлагали. А я и не тянулась к этому сама, в полной мере осознавая, какие последствия вызывает эта дрянь.
– Я…я… не пила никогда, – пытаюсь защищаться и подмечаю в глазах Меринова вспышку ярости, которая заставляет меня закрыть рот и спешно взять стакан.
– Вот видишь, как просто. Теперь поднеси его к губам и сделай глоток, а я пока расскажу тебе, как друг твоей тетушки – Нагольский, расчленил человека и подбросил его тело невиновному…
Я удивленно слушала, вскинув руку и поднеся коньяк к губам, но не решаясь пить. Кроме того, шок от услышанного несколько отключил реальность. Заметив мой маленький трюк, Меринов протягивает руку и кладет пальцы поверх моих. Понимаю, что он уже делал так, только с водой в ту ночь, когда погибла тетя.
– Вы лжете, – выдыхаю в коньяк.
– Ты пьешь или болтаешь? – горячая рука мента лежит на моей, но он не принуждает меня, а скорее поддерживает, как будто я могу его уронить.
Заметив, что я все же решаюсь, убирает руку и следит за тем, как я прикладываю тонкое стекло бокала к губам, и вливаю в рот янтарную жидкость. Тут же обжигаю язык и небо, спешно глотаю и кривлюсь, зажимая рот рукой.
Меринов подает мне дольку лимона, посыпанную молотым кофе и я едва успеваю перехватить ее прежде, чем он коснется моих губ. Заедаю спешно, а Сергей продолжает.
– Потом твой друг Нагольский поймал свою невесту, ту самую, что сбежала со свадьбы, и утащил в свой подвал, – он распрямился, встал и задрал майку, являя моим удивленным глазам свой крепкий, подтянутый СКАЧАТЬ