– А что мы будем делать? В смысле… Это безопасно? И… и правда поможет?
– Не нервничайте так, пожалуйста. Поможет, если будете делать всё в точности так, как я скажу. И безопасно, конечно, не с парашютом же буду заставлять вас прыгать. – Громов повернулся к компьютеру, открыл файл с договором и быстро распечатал. На тёплых листах, вылетевших из принтера, он поставил две подписи и передал Асе. – Ознакомьтесь дома со всем. Если согласны, то подпишите оба, второй мне принесёте на встречу. Обращаю ваше внимание на то, что вместе с выполнением сценария вы будете посещать штатного психотерапевта. Он назначит вам сеансы после ознакомительной встречи, кроме того, если врач по каким-то причинам вас не устроит, мы всегда сможем подобрать хорошую замену. Не стесняйтесь говорить о таком. Но есть один нюанс: психотерапевт будет передавать нам некоторую информацию с вашего соглашения. В договоре всё расписано, но скажу кратко: ничего личного озвучено не будет, а также вы будете в точности знать всё, что рассказывает нам врач. Если хотите, чтобы мы не знали вообще ничего, то сможете сказать это при следующей встрече. Сценарий всё равно напишем, не переживайте. Ваши данные нужны только для большей точности, и, подписывая договор, мы соглашаемся с абсолютной конфиденциальностью. А, и вот, – Громов достал из стола маленькую бумажку, —уникальный qr-код для доступа к диалогу с Телеграм-аккаунтом нашей компании. Как будете готовы – пишите туда, и я вышлю вам первое задание с подробными инструкциями. И имейте в виду: к этой переписке не будет ни у кого доступа, кроме нас с вами. Так что не бойтесь. Остались ещё вопросы?
– Нет, спасибо, Кирилл… Витальевич?
– Владимирович. Было приятно познакомиться.
– Да, и мне. До свидания.
Ася быстро встала, поправила края пиджака и вышла не оглянувшись. Было видно, как она нервничала, но Громов знал одно: ещё в момент разговора про «Нострадамус» Ася решилась.
Глава 3. Когда у тебя ничего нет, нечего и терять
Следующая неделя заточения протекала невероятно медленно. Похититель больше не выходил на связь, память возвращалась неохотно. Громов вспоминал жизнь отрывками: вот он сдаёт госэкзамены в университете, вот открывает свой первый офис в городе, вот получает права. Каждый раз, чтобы вспомнить события полностью, приходилось напрягать мозг, и после такого напряжения начинала болеть голова. Сознание сопротивлялось воспоминаниям.
Они с Ари пришли к выводу, что лучшей идеей будет записывать всё. Сейчас воспоминаний было мало, зато потом можно было сложить приблизительную картину прошлого и, возможно, понять, какого чёрта они здесь делают. Так Громов начал узнавать об Ари больше. Во-первых, она работала завучем по воспитательной работе в самой обычной МБОУ СОШ вот уже чуть больше одного учебного года. Во-вторых, Ари отучилась на филолога, и не абы где, а в МГУ – Громов решил, что это было хорошим объяснением СКАЧАТЬ