– Никак.
– Это не так. Всё тело реагирует на боль. Вы хмуритесь, поднимаете плечи, напрягаетесь. Верно?
Немного подумав, Кроу ответил:
– Верно.
– Дальше вы начинаете думать, – продолжила Ада. – О чём?
– О смерти.
– И что вы думаете о ней?
– Она бы многое решила.
– Вы готовы решать таким способом?
– Нет. Вы спросили, о чём я думаю. Во время приступов я ничего не решаю.
Ада одобрительно кивнула: такая разумность обнадёживает.
– Что ещё приходит вам в голову?
– Это никогда не закончится.
– И как вам это?
– Как есть.
– Вы мучаете себя. Вам больно от этих мыслей. От того, как реагирует ваш разум, а за ним и тело, на первичную боль. Для начала можно избавиться от этого.
– С помощью морфина? – Кроу вскинул глаза к потолку. – Одна доза – и я во втором круге… рая.
– Морфин снимает первичную боль. О ней мы поговорим потом. Но она только часть того, что вы чувствуете. Вас терзает не боль, а ваше отношение к ней.
Он замолчал. Наверняка задумался над её словами, но разрушить его баррикады непросто. Вряд ли удастся в ближайший месяц, а то и год.
– Пусть так, – сказал он. – Что дальше?
– Вы можете снизить боль как минимум вдвое, изменив её восприятие.
– Как?
– Есть несколько приёмов. Вот вам один: попробуйте найти часть тела, которая чувствует себя хорошо. Даже когда что-то сильно болит, она всегда есть. Сосредоточитесь на ней.
– Её нет.
– Не говорите ничего сейчас, попробуйте, когда придёт время.
Оставив Кроу наедине с мыслями, Ада открыла его медицинскую карту, полистала страницы. Не удивительно, что он больше не верит врачам. Написано много, читаешь и думаешь: пора хоронить. Зачем лечиться, если дела так плохи? Тем более что раз за разом всё без толку.
– Вы что-нибудь помните о том моменте, когда вас контузило? – спросила Ада, увидев, что Кроу готов продолжить.
Он закрыл глаза, опустил голову и наклонился вперёд.
– К чему вопрос? – Его голос прозвучал глухо.
Ада секунду-другую молча смотрела на него. Он ощетинился, отгородился, не скажет ни слова. Упрётся и не будет вспоминать или не помнит. Но к этому они ещё не раз вернутся, иначе лечения не выйдет.
– А какое дело вы сейчас ведёте? – спросила она.
Кроу поднял глаза. Ада легко прочла его мысли – те были написаны на лице. Он собирался закончить разговор и уйти, чтобы никогда не вернуться. Но за её вопрос зацепился.
Следующие десять минут она слушала рассказ о Дороти Максвелл.
– Как она выглядела, когда пришла к вам? – спросила Ада.
– Бледная, больная, запуганная.
– А её волосы?
– Никак.
– Она СКАЧАТЬ