Средства использовал всяческие. Каких только обвинений не сыпал на головы своих противников, то бишь – работников, – все, что находил и считал нужным. С линеечкой ходил, миллиметры высчитывал, ныл, юлил. Заказывал одно, потом, якобы, забыв, требовал другое. Не гнушался ничем: высматривал, выжидал, стонал, откровенно врал.
Мастеровые были столь глупы, что, поверив его жалостному нытью о безденежьи, предложили сами готовить шпатлевки вместо того, чтобы закупать их в магазинах по бешеным ценам. Качество оказалось не хуже, а экономия на двух этажах – аховская, – Антон Альфредович ощутил бальзам, льющийся по душе. – Эти болваны сами что-то смешивали, варили, а он смотрел на них и думал, сколько же идиотов на белом свете: верить всему, что им говорится?! Они и раствор сами месили, вместо того, чтобы затребовать готовый. И все это зимой, в продуваемом насквозь помещении. – Адвоката передернуло, когда он вспомнил, как те бедолаги, съежившись от холода и сквозняков (ведь дверей еще нигде не было, только полиэтиленовая пленка шелестела вместо них), замешивали раствор и штукатурили.
– Ох, уж эти работнички, – презрительно сощурился домовладелец. – Они даже не затребовали денег за такую чумовую работу, только за основную просили – оштукатуривание, но и тут обломались. – Преуспевающий адвокат победно усмехнулся: во всех внутренних процессах им был одержан безоговорочный верх, и кошелек защищен максимально. Лучше вряд ли бы кто сумел. Полностью пришлось оплачивать только материалы – с магазином не поспоришь, черт подери. Там: не заплатишь – не получишь, – вздохнул с сожалением преуспевающий адвокат. Немного не повезло, что ни один владелец нужного ему магазина не оказался на тот момент в его клиентах. Но тем более надо собой гордиться.
И пусть неимоверно много сил отдано, зато теперь особняк начинает работать на него. Пока еще сюда не пришел ни один копеечный клиент, а этот! – заскользила по губам змеиная улыбка, – вообще, мешок долларовый, – вспомнил преуспевающий адвокат сумму, предложенную ему за совершенно плевое дело.
– О?! – непроизвольно воскликнул Антон Альфредович, увидев в своей руке коньяк «Наполеон». Это знак! – заворожено смотрел он на бутылку. – Богач мог презентовать другой напиток или другую марку коньяка, а он преподнес именно «Наполеон». Такое не может быть простым совпадением, значит, приплывший сюда «долларовый мешок» видит в нем не кого-нибудь, а именно Наполеона, победителя всех времен и народов. Неожиданное прозрение пролилось елеем в почти потухший костер триумфаторства, и он возжегся сразу, будто спичку поднесли к облитому бензином хворосту. Гордыня и тщеславие вмиг захватили преуспевающего адвоката, и, переплетясь, СКАЧАТЬ