СКАЧАТЬ
тяжелой и рутинной работы в черкесском ауле или грузинской деревне. В общем, в гарем рвались точно так же, как в МГИМО или МТФИ; готов поспорить, что даже через знакомых блат у торговцев живым товаром искали и взятки давали, лишь бы получить стамбульскую прописку любой ценой. И за внимание султана боролись так же – будучи готовой на все, лишь бы повелитель остановил свой взор. Что помогло Насте добиться этого, оставив кучу народу за бортом? Популярные статьи полны душещипательных историй о начале ее романа с султаном, но в исторических статьях им нет подтверждения, а выдумать можно и поэффектней. Все сходятся лишь на одной ее особенности, подтвержденной и ее современниками, – звонком заразительном смехе, не обратить на который внимание было просто невозможно. Нервных мужчин это пугает, иногда до вспышки гнева, но Сулейман явно не был таким. Он заметил этот смех и решил познакомиться поближе с той, которая так заразительно смеется. Впоследствии слово Хюррем, по-турецки «смеющаяся», стало ее именем для всех ее окружающих, кроме султана – он чуть позже стал называть ее Хасеки, что по-турецки значит «милая сердцу». Вот этому приходится верить – слишком много свидетельств. Понимаю султана – такой смех действительно обращает на себя внимание. Сам знаю двух женщин с таким смехом, и в обеих течет украинская и польская кровь. Случайное совпадение? Что-то не похоже… Зато теперь у Насти есть новое турецкое имя – будем теперь называть ее так. Роксоланой уже не стоит, очень вскоре после своего возвышения она его весьма символически передарила. Видите ли, носик у нее был по-славянски курносый, и на самом известном ее портрете это было весьма заметным образом запечатлено. А ближе к нашим временам зоологи открыли в Китае весьма эффектных мартышек с золотисто-оранжевой шерстью, синей мордочкой и вздернутым курносым носиком. По этому носику им и дали имя – Pygathrix roxellana, мартышка-роксолана по-нашему. Вот эту мартышку Роксоланой и зовите, а Настя Лисовская теперь Хюррем.
Дальше происходит то, что бывает очень редко, а с турецкими султанами не бывало практически никогда – весь продуманный, рассчитанный на султана любого темперамента и готовый к работе на полную мощность Дурр-ус-Саадет перестает давать стране угля. Никому не надо. Одалыки бездельничают, портят зубки сладостями, перемывают косточки друг другу, всему посольскому корпусу и лично Его Величеству, любятся с евнухами и друг с другом так, что дым идет, а Хюррем в султанской койке отдувается за весь трудовой коллектив, а всех прочих доблестных гаремных тружениц возвратно-поступательного движения, кроме Хюррем, беспокоят все реже и реже! Кормить и снабжать не перестают, Боже упаси, – просто оставили в покое, сплетничать и интриговать практически не мешают, а вот работать не зовут. Зато иностранные посланники при деле, контора пишет, их государям уходят донесения одно другого занимательней, скажем, Карлу V сообщают, что «единственным изъяном в характере Сулеймана является его чрезмерная преданность жене». На этих гяуров не угодишь –
СКАЧАТЬ