«Вот мы и вышли к тому беспокойству, которое я заметил на лице этого молодого человека, когда он заходил в кабинет».
– Разумеется, мистер Клин. Судя по всему, с утра вы не хотели бы встречаться не потому, что у вас большая занятость на работе или что-то вроде того. Я обязательно передам Сидни, чтобы она в будущем, если вам снова нужно будет прийти, назначала визит на вечер. – Запись на прием к Харту вела одна из помощниц профессора Дежайна. Вильям прекрасно представлял себе объем работы, который был на каждом ассистенте Фрэнка. Поэтому мысль о том, чтобы обвинить Сидни в невнимательности, даже не возникла в его голове. – Это все, что вас тревожило?
– Думаю да, – немного помолчав, произнес Томас, – это единственное, что вызывало во мне тревогу, помимо того что сейчас почти день. В общем, я с готовностью отвечу на все ваши вопросы, доктор Харт.
– Зовите меня просто Вильям. Насколько мне известно, у вас и раньше были какие-то проблемы. Вы уже обращались в нашу больницу и прошли двухнедельный курс терапии у одного из врачей.
– Да, все верно. Это как раз касается моей проблемы, только тогда она не была столь невыносимой. Пройденная в тот раз терапия на пять месяцев спасла меня от моей фобии.
– Что ж, раз вы оказались у меня, значит, видимо, второй курс терапии не был столь удачным?
– Его не было в принципе. Кроме вашей лечебницы я больше никуда не обращался за помощью. А как только позвонил, чтобы записаться повторно, меня сразу направили к вам. По существу, моя фобия должна была пройти после той терапии. Мне пояснили, если она осталась после первого курса лечения, то второй, скорее всего, вообще не даст результатов. Либо они будут кратковременными.
После небольшого молчания Томас продолжил, Вильям не стал его перебивать, так как понимал, что людям необходимо давать высказаться. Впоследствии сказанное ими могло иметь очень важное значение.
– Знаете, я вообще никогда ни на что не жаловался. У меня была перспективная работа в одной очень крупной риелторской компании, здоровье не подводило… Как будто кто-то наслал какое-то проклятье.
– Томас, – решил все-таки вмешаться Харт, – расскажите мне о своей фобии.
Даже в тусклом свете, который окутывал кабинет, было видно, что мистеру Клину было весьма непросто перейти к сути визита.
– Если не вдаваться в подробности, брать во внимание только главное, – он говорил медленно, обдумывая каждое свое слово, – я не могу видеть день. Раньше мне всегда нравилось утро, светлые солнечные дни. Потом, где-то год СКАЧАТЬ