Конечно, это была моя собственная потребность борьбы с паникой, которая хотела, чтобы я мог ладить со всеми людьми, и это означало, что большую часть своей жизни я испытывал глубокое внутреннее разочарование. У меня было глубокое чувство, что человеческий конфликт неправилен, потому что он приводит к таким страданиям, – и я чувствовал, что страдание тоже неправильно. У меня было глубокое внутреннее желание помочь людям освободиться от страданий и преодолеть человеческие конфликты. Я чувствовал, что нахожусь здесь не только для того, чтобы жить обычной жизнью, сосредоточившись на себе и наслаждаясь всеми удовольствиями, которые ищут люди. Я чувствовал, что должна быть цель моего пребывания на этой планете, и она связана с разрешением конфликта. И я думал, что это можно сделать, найдя какую-то окончательную истину или аргумент, который заменит все другие системы мышления и, наконец, заставит всех людей увидеть одну и единственную истину.
Как я уже сказал, я сознательно шёл по пути самоактуализации в течение 44 лет, но в течение первых более чем трёх десятилетий в моём стремлении доминировала эта фрустрация. Я никак не мог понять причину своего разочарования в течение тех трёх десятилетий. Я не думаю, что кто-то смог бы заставить меня увидеть это, потому что я просто ещё не был готов взглянуть на себя и прийти к очень простому, но глубокому осознанию. Вывод таков: я такой же человек, как и все остальные, и у меня была такая же потребность бороться с паникой, как и у всех остальных.
Я уже говорил, что христиане и материалисты имеют один и тот же психологический механизм. Они хотят избежать паники, и они делают это, принимая внешнюю систему мышления. Сделав это, они обретают чувство безопасности, но оно может быть отнято, если их система мышления окажется нереальной. Был период, более двух десятилетий, когда я замечал это в других людях. Я начал видеть, насколько слепы были различные фанатичные группы, такие как нацисты, коммунисты, христиане-фундаменталисты, мусульмане и более крайние материалисты. И всё же я не видел точно такой же психологический механизм в себе.
У меня была такая же экзистенциальная паника, как и у всех остальных. Я также настроил подсознательный механизм, чтобы подавлять её. Единственное отличие состояло в том, что моё чувство безопасности не основывалось ни на одной из традиционных систем мышления, таких как христианство, ислам, марксизм или материализм. Вместо этого у меня было более хрупкое мировоззрение, потому что оно основывалось на наборе духовных убеждений, которые не были так чётко определены, и в них не верило так много людей, как в установленные системы. Я был, в некотором смысле, в поисках конечной системы СКАЧАТЬ