Название: Бела + Макс. Новогодний роман
Автор: Игорь Кочкин
Издательство: СУПЕР Издательство
isbn: 978-5-9965-2681-9
isbn:
– Как не вопрос? – возмутился он. – А твоя борода? Растительность на лице надо убрать!
Меня это развеселило: кто установил, что в партбилете должно быть фото только без «растительности»? Он сам? Но вида я не подал, стараясь выглядеть послушным дебилом.
– Хорошо, – сказал я. – Как Маркс с Энгельсом бороды «уберут», так и мы последуем их примеру.
Это была шутка. Хотят без бороды – будет без бороды, не проблема. Но чёрт меня дёрнул продолжать ёрничать:
– Я вот и потомством уже обзавёлся. А наши предки жили как? Родился первенец – уже не прилично мужчине ходить с голым лицом. Нет, не прилично. Это похоже (боюсь произносить вслух!) на стриптиз.
Каламбуры каламбурами, а через неделю я кандидатом не стал. По райкому поползли сплетни, что я – «по-издевательски!» – подначиваю классиков марксизма-ленинизма. Первый секретарь райкома дал команду «повременить» с моим вступлением: «отложить на какой-то срок». Утро вечера мудренее.
«Повременение» затянулось на месяцы. И у меня руки всё не доходили (и не доходили) похлопотать за себя. И не дошли до сих пор. (Не судьба?)
Цэкушник закатился смехом. И точно – без лицемерия.
Свою киношку из Шевченко я назвал «Буря в стакане».
В Алма-Ате моё начальство уже побывало «на ковре», на самом верху (до ЦК от нашего АСК-1[41] – двести метров пешком), когда я ещё был в командировке. И получило очередной втык.
«На ковре» у своих боссов побывал и я, по возвращении, когда сдавал уже смонтированный материал. И когда мне было (в категоричной форме) приказано убрать все острые моменты. Убрать все до одного.
«Если это сделать, – подумал я, – останется одна фраза новостной строкой: «В Шевченко состоялись отчёты-выборы в городской парторганизации»».
На ночь я заказал аппаратную и долго размышлял: перемонтировать, не перемонтировать сделанное?
Инженер видеомонтажа клевал носом у монитора. Потом смотрел видео «Плейбоя» (ночью это можно! никого нет, никто не застукает) и терпеливо ждал, когда я на что-то решусь.
Потом мы пили кофе, чтобы взбодриться. Потом толковали про возможности 25-го кадра: фантастика это или реальность? А потом врезали по всей моей киношке микровставки девчонок из «Плейбоя». Засечь их можно было только отсматривая всё на стоп-кадрах: запрещённый приём? Да, запрещённый. И ещё какой запрещённый, за который можно было вылететь с телевидения с треском и со скандалом!
– Да тебя хоть в пустыню закинь, – смеялся тогда Борька, – а «кинокомедию» на выходе получите!
– А я из пустыни и прибыл, – сказал я.
Утром директор программ, принимая «перемонтаж», осторожно, особенно не педалируя, похвалил:
– Теперь – совсем другое дело.
Вариант с врезками я тут же благополучно размагнитил.
В СКАЧАТЬ
41
Аппаратно-студийный комплекс.