Леон лишь покосился на него.
– Анатолий – образец человека будущего: и мозги на месте, и кулаки имеются. И, – он на мгновение задумался, – и душа присутствует. Или как там по фэншую – горячее сердце? В общем, добро должно быть с кулаками.
«Добро с кулаками» привстало с кресла и вновь опустилось.
Но шеф на этом не остановился:
– Наш сектор – гвардия Академии. Первый – всегда первый.
– Леон Альбертович, – не выдержал я, – насчёт сигнала вопрос. А если бы мы, то есть вы – не догадались?
– Цивилизация должна сообразить. Нет? Значит, не цивилизация. Плесень.
Тавровский вновь бросил взгляд в мою сторону.
– Спасение избранных – вариант четвёртый и последний. Других путей у нас не остаётся. Но кого же спасать? По какому принципу отбирать кандидатов?
– Метод Ноя, – предложил Сергей.
– Всякой твари по паре? На семь пар чистых – две пары нечистых? Ох уж эти нечистые, – вздохнул Леон. – Тогда наши действия теряют всякий смысл.
– Академия представляет интересы человека разумного, его мы и спасаем, – высказался Ратников. – И никого больше.
Что-то здесь не так, – подумал я, – надо бы уточнить.
– То есть мы будем типа прогрессоров у Стругацких? Красиво! Но что делать с не очень разумными?
– А что здесь неясного, Саша? – сказал Леон. – Изживший себя и опасный подвид человека просто перестанет размножаться. Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю[7].
– Торжество науки против ханжества и мракобесия, – вставил Сергей.
Ехидную реплику Леон пропустил мимо ушей.
– Итак, человечество катится в пропасть – пункт первый. Новая угроза, дельтонная вспышка – пункт второй. Шанс на спасение, Луна – третье. А четвёртый пункт – это… четвёртый пункт…
– Брюки превращаются… превращаются брюки… – прошептал Сергей.
– План спасения, Леон Альбертович.
– Да, Толя. Пока без деталей. И ключевой момент – это, повторюсь, вопрос выбора. Кого спасать?
– Вы уже сказали, Леон Альбертович, – отозвался Ратников. – Лучших.
– Тогда поставим вопрос иначе: кого считать лучшими?
– Элиту, – сказал Ратников.
– Очень ценная мысль. Вопрос: какую элиту?
– Перспективную. – Ратников не уловил иронии со стороны шефа.
– Поставим точки над «i»: подающую надежды с генетической точки зрения. То есть людей, способных рождать элитное потомство. Мы должны думать с дальним прицелом, – Леон мельком взглянул на Сергея, тот ответил долгим взглядом.
– Все мы на самом деле бессмертны, – продолжил Леон. – Но то скажу вам, братия, что плоть и кровь не могут наследовать Царствия Божия, а тление не наследует нетления. Говорю вам тайну: не все мы умрём, но все изменимся вдруг, во мгновение ока, при последней трубе; ибо вострубит, и мёртвые СКАЧАТЬ
7
Евангелие от Матфея: Глава 5