Название: Домик окнами в сад. Повести и рассказы
Автор: Андрей Александрович Коннов
Издательство: ЛитРес: Самиздат
Жанр: Современная русская литература
isbn:
isbn:
– Выходит, не люблю.
– Вай, ара! – только и ответил Алик ему, и добавил с каким-то непонятным пафосом, или вызовом, – А я Азербайджан люблю и Россия люблю!
– Каждому – своё… – устало парировал Марков, досадуя на то, что разоткровенничался со своим соседом и, в тоже время, чувствуя некоторое душевное облегчение, от того, что сумел выговориться, словно тяжкий, мучавший его уже давно груз с души спихнул.
6.
От сельской русской идиллии, ласкового бабьего лета – Маркову пришлось уехать в город. Закончились припасённые продукты, и нужно было пообщаться с юристами по поводу вступления во владение его маленьким сельским поместьем. Он не стал отрывать от дел Алика – просить отвезти в город, работы у того было невпроворот, а решил воспользоваться пригородным автобусом, чтобы получше вникнуть в суть бытия русской глубинки. Ему стало всё интересно, до мельчайших деталей. От чего – Марков пока ещё ясно не понимал. Просто подумал, что надо и всё.
В будний день пассажиров из окрестных деревень, в которые попутно заглядывал поношенный, пропитанный пылью и выхлопными газами, звенящий и завывавший «ПАЗ», ехало немного. В основном – пожилые женщины, которые, или молчали, или, нехотя, перебрасывались фразами о закупочных ценах на картошку и мясо. Раньше такие тётки возили на первом автобусе в город молоко в бидонах «наперевеся» – ставили их в мешки, или в сетки, и тащили на плече до остановки. А в городе – до рынка. И городские называли их «парашютистками». Расторговавшись, возвращались домой, с порожними бидонами, но нагруженные городскими покупками: буханками хлеба, связками баранок, кульками с конфетами, пачками чая и дешёвых сигарет, или папирос… Некоторые покупали своим мужикам фуражки и одевали их себе на головы, поверх платков, козырьком назад, чтобы не помять. Теперь деревенские жительницы ехали в город налегке. Из поездки для себя Марков почерпнул только одно: и в его детстве и ранней юности пригородные автобусы, были точно такими же тряскими, пыльными душегубками. Ничего не изменилось и в новом столетии.
Помывшись в ванне дома у родителей, он, вдруг, ощутил, какую-то телесную недомытость и решил, на следующее утро, отправиться в городскую баню – попариться от души с веником, аж до тёмных кругов в глазах. Отец рекомендовал идти к открытию, и Марков знал, что здесь баня открывается с 8 утра, а не так, как в Таллинне – с 10, или 11. Там ему с друзьями полюбилась одна из старейших Таллиннских бань – Калмасаун, на улице Вана-Каламайа, неподалёку от Морского музея, построенная в каком-то неоготическом стиле, с квадратными колоннами у входа, острой крышей, неширокими окнами, снаружи похожая на зал органной музыки, или на кирху, только без колокольни. Туда предпочитали ходить люди попроще и, почему-то, моряки. Сияющая чистота, запахи дубовых, берёзовых, можжевеловых веников, смешавшиеся с запахами эвкалипта, придавали этому заведению внутри, такой непередаваемо прекрасный колорит, так сух и горяч был дух в парной, что, когда Марков выскакивал СКАЧАТЬ