На берегах Невы. На берегах Сены. Ирина Одоевцева
Чтение книги онлайн.

Читать онлайн книгу На берегах Невы. На берегах Сены - Ирина Одоевцева страница 40

Название: На берегах Невы. На берегах Сены

Автор: Ирина Одоевцева

Издательство:

Жанр: Биографии и Мемуары

Серия: Мемуарная дилогия

isbn: 978-5-17-072034-7, 978-5-271-35751-0

isbn:

СКАЧАТЬ style="font-size:15px;">      – Да, Борис Николаевич, трудные, очень трудные времена!..

      – Трудные? Нет, нет. Совсем не трудные! Трудные времена благословенны. Времена, полные труда. Я хочу трудиться, а мне не дают, – как самовар, шумит и клокочет Белый. – Поймите, не дают! Скажите, что мне делать?.. Что? Что мне делать, Николай Степанович?

      Гумилев недоумевающе и скорбно разводит руками.

      – Право, Борис Николаевич…

      И вдруг как бы в ответ раздается дробный стук в кухонную дверь. Лицо Гумилева сразу светлеет.

      – Это Георгий Иванов, – говорит он с облегчением.

      Гумилев встает. Без официальной церемонности. С гостеприимной улыбкой. Два шага навстречу уже входящему Георгию Иванову.

      – Как хорошо, что ты пришел, Жоржик! Я уже боялся, что ты за обедом у Башкирова забудешь о нас.

      Да, хорошо, очень хорошо, что Георгий Иванов в тот вечер не остался у Башкирова. Не столько для Гумилева, как для меня. Если бы в тот вечер… Но не стоит гадать о том, что было бы, если бы не было…

      Георгий Иванов здоровается с Белым, и Белый, уже сияющий восторгом встречи, рассыпается радостными восклицаниями:

      – Как я рад! Так страшно давно… Наконец-то!

      Отулыбавшись и сказав несколько приветственных слов Белому, Георгий Иванов кивает Оцупу:

      – Здравствуй, Авдей!

      Авдей – это удивляет меня. Ведь Оцупа зовут Николай. Николай Авдеевич.

      Я молча подаю руку Георгию Иванову. В первый раз в жизни. Нет. Без всякого предчувствия.

      Георгия Иванова я уже видела на улице, возвращаясь с Гумилевым из Студии, и в самой Студии, где он изредка, мимолетно появлялся.

      Он высокий и тонкий, матово-бледный, с удивительно красным большим ртом и очень белыми зубами. Под черными, резко очерченными бровями живые, насмешливые глаза. И… черная челка до самых бровей. Эту челку, как мне рассказал Гумилев, придумал для Георгия Иванова мэтр Судейкин. По-моему – хотя Гумилев и не согласился со мной – очень неудачно придумал.

      Георгий Иванов чрезвычайно элегантен. Даже слишком элегантен по «трудным временам». Темно-синий, прекрасно сшитый костюм. Белая рубашка. Белая дореволюционной белизной. Недавно маленькая девочка из нашего дома сказала про свое плохо выстиранное платьице: «Оно темно-белое, а мне хочется светло-белое!»

      У Георгия Иванова и рубашка, и манжеты, и выглядывающий из кармана носовой платок как раз светло-белые. У Гумилева все это темно-белое.

      На Оцупе ловко сидящий френч без признаков какой бы то ни было белизны и ловкие ярко-желтые высокие сапоги, вызывающие зависть не только поэтов.

      Белый же весь, начиная со своих волос и своего псевдонима – Белый, – сияюще-белый, а не только светло-белый. Впрочем, рубашка на нем защитного цвета. Но она не защищает его от природной белизны.

      Георгий Иванов садится напротив меня, но я отвожу глаза, не решаясь смотреть на него. Я знаю от Гумилева, СКАЧАТЬ