Володя, Вася и другие. Истории старых китайских интеллигентов, рассказанные ими самими. Илья Фальковский
Чтение книги онлайн.

Читать онлайн книгу Володя, Вася и другие. Истории старых китайских интеллигентов, рассказанные ими самими - Илья Фальковский страница 1

СКАЧАТЬ ски.

      Поворот, ещё один.

      Я вырываюсь на просторы.

      Впереди ослепительными улыбками сверкают громады небоскрёбов.

      По улицам несутся мириады людей.

      Их засасывает в пасти Uniqlo и Giordano, они проваливаются в бездну KFC и «Макдоналдсов», бьются за место в очередях за айфонами и айпадами.

      Район «Новый город Чжуцзян». Гуанчжоу

      Время не поспевает за ними.

      У кого мне узнать о прошлом?

      Я спросил своего китайского студента Мишу, читал ли он классический роман «Путешествие на Запад».

      – Конечно, читал, – кивает он.

      – Все четыре тома? – удивляюсь я.

      – Я смотрел сериал, – гордо заявляет он.

      – Но ведь смотреть сериал – это не то же самое что читать книгу! – восклицаю я.

      – Разве? – спрашивает он.

      Я стою перед пагодой Ифа. Она такая миниатюрная, что, казалось бы, можно взять её с собой и унести домой. Под ней, по преданию, погребены волосы шестого патриарха чань-буддизма Хуэйнэна. Много лет назад, будучи первокурсником, я читал его «Сутру помоста». Теперь я живу неподалёку. Когда-то давно я мечтал найти Китай Хуэйнэна, Китай мудрецов и искателей истины. Но найду ли я его?

      Пагода Ифа. Гуанчжоу

      Как я был счастлив, когда устроился на работу в университет и встретил своих стариков! Они – чудом уцелевшие осколки истории. Носителями культуры в Китае всегда были считанные единицы. До Синьхайской революции 1911 года подавляющее большинство населения страны было безграмотным. Образование считалось уделом очень обеспеченных людей. Только они могли себе позволить пригласить домашнего учителя, какого-нибудь бывшего студента, провалившего экзамен на чиновника. У богатых семей существовали также собственные академии – здание одной из них, академии клана Чэнь в Гуанчжоу, превращено в музей и известно многим туристам. Учеников в них готовили к государственному экзамену. Сдача экзамена тоже превращалась в дорогостоящее предприятие – сам он был бесплатным, но нужно было иметь достаточно средств на дорогу, жильё, бумагу и кисти. Все, кто проходил экзамены, делились на четыре ранга: туншэн, сюцай, цзюйжэнь и цзиньши. В конце XVIII-го века на страну с трёхсотмиллионным населением приходилось всего около 3 000 людей, получивших высшую учёную степень – цзиньши. В ХХ веке в Китае расцвела европейская система образования. Постепенно она заменяла традиционную конфуцианскую систему. Подвижником образования был мыслитель Тао Синчжи. Он провозгласил единство преподавания, учёбы и практики. Наш ректор преклоняется перед ним. Ректор любит цитировать слова Тао Синчжи: «Сколько ни учи, главное, научить человека стремиться к совершенству. Сколько ни учись, главное, научиться, как стать настоящим человеком». Тао Синчжи создал Китайское общество содействия образованию простолюдинов.

      Но в годы «культурной революции» университетское образование выжигалось калёным железом, а интеллигенты уничтожались. Мало кому удалось пройти через эти мельничные жернова и выжить.

      Сегодня ситуация изменилась к лучшему. В мировых рейтингах вузов восемь китайских университетов входят в топ-200, а тридцать – в топ-500. Но в то же время всего 4 % населения имеют высшее или среднее специальное образование. Часто меня ставит в тупик диковатое поведение какого-нибудь местного жителя. Но всякий раз я напоминаю себе, что основное население городов – это недавние сельчане, многие из которых не окончили и школу. Среди нынешних нуворишей таких большинство. Они путешествуют по миру, селятся в дорогих отелях, шумят, плюются и раскидывают повсюду мусор. И те, кто с ними сталкивается, именно по такому среднему китайцу зачастую судят обо всём народе.

      Не про таких ли персонажей писал древнекитайский философ Мэн-цзы: «Когда досыта питаются, тепло одеваются, живут в хороших условиях и не подвергаются воспитанию, тогда приближаются к животным»?

      Я вспоминаю своего знакомого, владельца ресторана деликатесов. Там подают к столу блюда из диких животных, чьё мясо официально запрещено к употреблению в пищу, например ящера (панголина) или живущей на деревьях циветы. Он не знает ни одного иероглифа, поэтому, чтобы запомнить заказ, рисует изображение птицы, рыбы, черепахи и т. д.

      Однако есть и другие. Об их существовании я поначалу не подозревал. Но теперь, через восемь лет жизни в Китае, мне повезло с ними познакомиться.

      Я вхожу в подъезд своего дома в кампусе. На лестнице встречаю Эдди, преподавателя английского языка. Он абсолютно гол.

      – Эдди, что с вами? Вам надо одеться.

      – Мне пришёл новый имейл. Не знаете, что там было написано?

      – Эдди, понятия не имею. СКАЧАТЬ