Министр начал без предисловий:
– Политическую обстановку напоминать не буду. Сами знаете. Скажу только, что положение очень серьезное. Очень! Россия всерьез собралась «навести у нас порядок». Знаем, какой они порядок могут навести! Рязанский!
В зале зашумели.
– Да – Рязанский! – повысил голос министр. – Что они еще могут! У себя бы сначала порядок навели! Нет, они к нам лезут. Лезут и лезут! Поэтому!.. Поэтому мы не можем сейчас оставаться в стороне. В воскресенье все выходим к центральному входу СовМина. С плакатами! «Нет войне! Остановите Россию!» Сами придумаете! Завтра, после обеда. Будут иностранные журналисты, телевидение – пусть весь мир видит. Все понятно? Понятно, я спрашиваю? Особенно это касается русских – вы должны быть первыми! Первыми – понятно? Не надейтесь отсидеться! Ждете, да? Не дождетесь! В случае чего – вы первые заложниками будете.
В зале зашептали, задвигались. К Ирине стали оборачиваться с сочувствующими взглядами. Пожилой чеченец из соседнего отдела демонстративно закатил глаза, кто-то извинительно улыбнулся. Русских в зале было немного, человек двадцать, но почему-то оборачивались именно к Ирине, даже не очень знакомые. Или ей так казалось? Она сидела с каменным лицом, в голове крутилась только одна мысль: «Не заплакать! Не заплакать!»
Расходились медленно, в тягостном молчании. Разрядить обстановку попробовал Аслан, шофер замминистра.
– Берегите русских – их осталось так мало, – весело сказал он и ободряюще улыбнулся.
– А чего беречь собак? – громко раздалось сзади.
Молодая, красивая и почти незнакомая чеченка сказала это ни к кому не обращаясь, громко и с презрительной ухмылкой. Постояла, огляделась и ушла, цокая в тишине каблуками.
Аслан проводил ее взглядом, повернулся и скорчил недоуменную мину.
«Только не заплакать! Не заплакать!»
Кто-то коснулся руки…Мадина. Что-то говорит, успокаивает.
«Только бы не заплакать! Нельзя!»
– Ирина Николаевна, Ольга, пойдем к себе.
« Кто это? Алхазур.…Только бы не заплакать!»
– А вот и они! – сказал Султан. – Здрасти! Оленька, красавица, расскажешь, как тебе летчик каблук отстрелил? А то все уже.… Что это с вами?
В кабинете сразу стало тесно, но Борис видел только жену: неподвижное лицо, сжатые губы и отрешенный взгляд совершенно серых сейчас глаз. Кто-то что-то говорил – Борис не слышал. Обнять бы сейчас, прижать. Нельзя.
Опять открылась дверь, вошел Алхазур – заместитель начальника Управления. Плотно прикрыл дверь, огляделся, кивнул вставшему Султану.
– Вот что, – голос спокойный, тихий. – Ирина Николаевна, Ольга, идите-ка домой. А в воскресенье.…Там ясно будет. Забирай, Борис, жену.
Вечером за чаем, Борис спросил:
– Ну и что завтра дума� СКАЧАТЬ