Мачеху распирало от злости, того и гляди треснет: всю грязную работу обычно сваливали на приёмыша, а тут родной дочке пришлось руки марать. Нет, разумеется, родные дочери прекрасно могли вести хозяйство и сами, белоручек-неумех поди потом выдай замуж! Кому они в деревне-то нужны будут? Но всё-таки грех было не свалить что потяжелее да погрязнее на забитого приёмыша.
– Иди, нитки крась, заканчиваются уже… Глаза б мои тебя, увечную, не видели, – ворчливо добавила она, когда девушка с облегчением подхватила одно из вёдер, тенью прошмыгнула по комнате и исчезла за дверью, ведущей в заднюю часть дома.
Закрыв дверь за собой, Найда тихонько вздохнула: обошлось. Она давно уже и не пыталась оправдываться, знала что без толку: расскажет о странном путнике – обругают, ничего не скажет – обругают, если соврёт, что пришлось ждать, пока кто-то другой воды набирал – тоже обругают, а потом ещё и поколотят, если ложь вскроется. Так зачем что-то говорить? Услали с глаз долой и ладно. За водой, разумеется, придётся ещё сходить, и не раз, но по крайней мере возвращаться в избу до вечера не обязательно, к обеду её позвать наверняка «забудут», а там авось мачеха и запамятует. Хотя – девушка скользнула взглядом по свежим синякам на руках – скорее новый повод найдёт.
Найда выскользнула во двор, подошла к небольшому плетёному сарайчику у задней стены дома, служившему летом красильней, и придирчиво его осмотрела. Плетёные стенки в нескольких местах прохудились, она частично латала дыры сама, тонкими ивовыми прутиками, но заменить плетень полностью ей было не под силу. Для этого надо было либо просить отчима, либо идти к дядьке бондарю за помощью по-соседски. Девушка болезненно повела плечами – она уже как-то получила сполна за то, что без спроса прямо от колодца отнесла бондарю прохудившееся ведро для починки. Жадный скорняк не хотел платить или благодарить чем даже за такую малость и если что, торговался до последнего. А это он бы и сам мог починить. Найда вздохнула и отворила створки красильни – сам-то может и мог, только его тоже не допросишься. А если из-за прохудившихся плетней что-нибудь испортится, то накажут опять-таки приёмыша. Хорошо ещё мотки нитей хранились в подполе и регулярно перебирались, особенно после того, как вместе с волками почему-то расплодились и крысы. Девушка растопила небольшую печку, выволокла из сарайчика корчажки и принялась раскладывать по ним травы и сушёные ягоды: лебеда, вереск, крапива да осиновые шишки, сушёная черника да кора дуба, медвежьи ушки… На пузатых глиняных боках когда-то были нанесены яркие узоры, за частым использованием уже несколько поблёкшие. Найду так и подмывало их обновить, но, когда она однажды попыталась это сделать, её поколотили так, что она несколько дней хромала. Мачеха что-то кричала про бисово отродье, и что она на них только беду навлечёт. Как можно навлечь беду просто освежив уже имеющиеся рисунки, она так и не поняла.
Залив СКАЧАТЬ