Годон сломался первым и рухнул, потеряв сознание. А я устало опустился на брусчатку следом.
“Всё-таки победил”, – мелькнула мысль и тут же ушла.
Сил не было даже порадоваться этому факту.
Тут башня донжона задрожала и осела, подняв тучу пыли. А когда пыль рассеялась, на её месте осталась только груда камней с торчащими вверх, словно гнилые зубы, остатками стен.
Тут из-за обломков, кашляя, выбрался Сидорн. Посмотрел ошалело на меня с валяющимся в беспамятстве ярлом, затем на башню и проблеял:
– Ребят, когда я говорил разнести тут всё, я же не это имел ввиду.
Следом показалась его жена, с черенком метлы в руках, со всей дури перетянула ойкнувшего мужчину поперёк спины и зло воскликнула:
– Дошутился, старый дурак! Легендарную схватку захотел?! На тебе, твою схватку, на!
Под градом ударов тот поспешно ретировался, а во дворе стали появляться новые действующие лица. Прямо со стен ко мне попрыгали паладины, шумно выражая своё восхищение, а с другой стороны от башни потянулись, опасливо оглядываясь, остальные гости, включая короля с Селестиной и Танией.
– Живы! – облегчённо выдохнул я.
После того, что мы тут устроили, это казалось чудом. И хорошо, что оно произошло.
– Ну что, братец, доволен? – произнесла графиня-адмирал, подходя и помогая мне встать, – как видишь, Вольдемар победил. Давай, зови всех, будешь объявлять нас мужем и женой.
Тот только зыркнул исподлобья, но промолчал. А что тут ещё скажешь.
Приобняв невесту, я вздохнул, оглядывая разрушения, затем хохотнул, поморщившись от прострелившей бок боли, и произнёс:
– А ничего так свадьба, мне нравится. Тамада хороший и конкурсы интересные.
Глава 5
Проснувшись, я некоторое время пытался вспомнить, где нахожусь, и что было. Тут рядом кто-то зашевелился, издав долгий стон. Я приподнял одеяло, увидел голую Селестину, и память тут же ко мне вернулась. Хотя, конечно, некоторые моменты были как в тумане.
Драка, боги, разнесённый по камушку донжон, взаимные упрёки, претензии, подсчёт убытков. Затем заново накрытые столы, свадьба, плачущий в уголке Годон, который, оказывается, с детства был в Селестину влюблён, а следом пьянка.
Понятное дело, натерпевшись всякого и набравшись впечатлений на всю жизнь, гости нажрались, как свиньи. Слуги потом ходили доставали из-под стола бесчувственные тела и разносили по покоям. Даже меня проняло, несмотря на защиту от отравления, но я, по крайней мере, ушёл оттуда на своих ногах. Ещё и новоиспечённую жену на руках нёс. Правда, мы упали, раза три или пять. Первый раз, когда споткнулся о протянутые ноги короля, в невменозе сползшего на пол со стула. Можно сказать, даже от стола отойти не успел. Рухнул, как подкошенный.
СКАЧАТЬ