Даже сейчас она продолжала действовать ему на нервы. Что это за жалобные глаза на мокром месте? И эта дурацкая дрожащая губа!..
Промелькнула мысль, что если бы её не существовало, то и у него никаких сложностей не возникло бы. Иезавель отправился бы в путь сразу после того, как узнал о глупости, совершённой отцом. Не стал бы терять ни минуты. Но отныне на его шее висел якорь в виде досадного недоразумения, по несчастливой случайности ставшего вампиром. Как жаль, что он не мог её убить, распылив пепел по ветру. Было бы славно, если бы в их общине действовало правило: «жизнь дал – жизнь забрал».
Впрочем, помочь снять стресс она всё ещё ему могла.
Поднявшись из кресла, Иезавель снял с крючка у камина изящную кочергу, кованную из обожжённого железа, и пошевелил загнутым концом полыхающие брёвна.
– Отец, вы так злитесь, потому что госпожа Белладонна уехала? – донёсся до его слуха слабый шёпот Мелании. Её так трясло, что зуб на зуб не попадал. – Не надо, пожалуйста, я буду сидеть тихо как мышка. Умоляю…
– Тш-ш-ш, ничего не говори, милая, – мягко проворковал он, слушая, как она глотает рваные вздохи от беззвучных рыданий. – Иначе я могу захотеть растянуть наше удовольствие при помощи целительства. Ты же этого не хочешь? Поэтому веди себя тихо и всё скоро закончится.
1 глава: Митинг в поддержку Афаски
Марсель
Прошло всего-то два месяца, как у Вэл крыша перестала ехать и встала на место. Или хотя бы попыталась встать. Однако их отношения претерпели видимые метаморфозы. Нельзя сказать однозначно: в лучшую или худшую сторону. С одной стороны, они стали гораздо теснее и откровеннее общаться, а с другой – от этого страдал один Марсель.
Как бы близко он ни находился, Вэл больше не чудила. Спокойно щупала, где хотела, и со свойственной ей беззаботностью чуть что ломилась ему в голову. Свою черепушку она, видимо, принципиально никогда не закрывала, а попытки научить её это делать не единожды предпринимались.
Вот и сейчас, сидя за продвинутым учебным пособием по саларунскому языку, Вэл хмурила брови и что-то лепетала про себя на ирашском подобно несмолкаемому радио. И странное дело, Марсель так привык к этому, что ему становилось не по себе в тишине – засыпать дома получалось исключительно под бубнёж телевизора. Впрочем, домой он возвращался всё реже, предпочитая дорогому ортопедическому матрасу простенькую одноместную лежанку в комнате отдыха. Нет, он не сошёл с ума. Всё гораздо прозаичнее: Вэл частенько не желала тащиться в свою служебную квартиру ради шестичасового сна, а ему не хотелось оставлять её без присмотра в беззащитном виде – будучи лисой, она спала, как настоящий хорёк.
Пролистав четыре месяца на календаре, Марсель обвёл красным маркером апрель. По той информации, что удалось выбить из Рика, её следующая течка СКАЧАТЬ