Вернувшись в реальность, я поняла, что он заметил мой интерес в глазах.
– Откуда такие шрамы? Я видела похожие у Алина.
Кажется, в эту секунду я испортила ему настроение.
– Откуда ты знаешь какие шрамы у него под одеждой? Он что, раздевался перед тобой? – Его голос сочился… ревностью?
– Не волнуйся Кай, ты первый кто разделся передо мной. – Я похлопала его по плечу.
Он немного изумился.
А я задумалась. Зачем я сказала именно это? Достаточно было ответить «нет». Мысленно ругаюсь. Я подкинула ему пищу для размышления, которой не следовало делиться.
– У Алина были короткие рукава при нашей первой встрече, и я заметила его шрамы. – Решила быстро сказать правду, и не концентрировать внимание на фразе «ты первый кто разделся передо мной».
Кай кивнул, но всё так же оставался задумчивым.
– Эти шрамы я получил в горах от особенных тренировок с отцом.
Я уже начала думать, что ответа не получу. Но меня ждал сюрприз, по утрам Кай оказывается умел отвечать на вопросы.
От каких таких тренировок можно получить подобные шрамы? И почему его отец позволил чтобы он так сильно ранился? Шрамов достаточно много, такое ощущение, что они перекрывают друг друга. Сколько же их на самом деле? Они не выглядят как случайные…
Значит ли это что и Алин получил такие шрамы от подобных занятий? Какое интересное совпадение.
– Мне очень жаль. Но их так много, почему ты не отказывался от таких видимо опасных тренировок? Представляю сколько боли ты испытал. – Я говорила с сочувствием в голосе.
– Не было выбора. Отец слишком строго меня воспитывал.
Сердце сжалось. Мне стало не по себе от мысли что испытывал Кай когда был ребёнком. И сколько всего я ещё не знаю… По сравнению с ним мне очень повезло с папой.
– Не грусти, – он щёлкнул мне по носу, – это было давно, я уже всё забыл. – Отмахнулся он. – Расскажи лучше о своём отце.
– Мы близки с папой. Я единственный ребенок в семье. Поэтому мне доставалась вся любовь родителей. – Я задумалась о том, чтобы ему такого рассказать, и придавшись воспоминаниям я тихо рассмеялась.
– Что? – Нежно спрашивает Кай.
– Мне иногда кажется, что папа очень сильно хотел сына, но, когда я задаю ему этот вопрос, он всегда отрицает. Просто его действия больше походили для воспитания сына чем дочери. Он учил меня строить скворечники, брал меня на рыбалку, и водил на ненавистный мне футбол. Я постоянно сопротивлялась этому, а он меня задабривал чем-то вкусным, так и появилось моё любимое инжирное печенье у нас в доме. Чуть что, папа всегда знал какое оружие применить чтобы я согласилась куда-нибудь с ним пойти. – Улыбаюсь самой искренней улыбкой. – Раньше я не понимала зачем он так делает, я думала, что таким образом он меня мучает. – Но став старше я поняла, что папа лишь хотел побольше времени провести со своим ребёнком. И совершенно не знал как ко мне подступиться, поэтому не нашёл ничего лучше, чем занять меня мальчишескими СКАЧАТЬ