– Милый, погоди только вещи соберу, а самое главное паспорт! – заявляет она, и снимает туфли в коридоре. – Ой, вы чего такие бухие? Ребят, закусывать надо!
– Ты где была три дня? Я места себе не находил! – до последнего сдерживаюсь, чтобы её не ударить. Но это катастрофически сложно.
– У Рамона! Тебе какая разница, фонарный столб? Должна отчитываться? Всё возвращай мне паспорт, и я почапала. Замучилась с вами тут торчать! – выдала настолько надменным тоном, совсем ошалела.
– Чего тебе дать? Документов? Скажи, а кто разрешал? Я твой опекун, сопля! И с этого момента дышать по разрешению будешь. Живо смывать косметику, проститутка! -надрывал голос, все нервы вымотала.
– Пошёл к черту! Ты мне не указ!
– Ах, так, мелкая сучка, не понимаешь по-хорошему! – вцепился в её худенькие запястья и стал трясти, убить мало, я безумно за неё переживал.
– Тай, остановись! Дружище, не наломай дров!
– Оставь нас наедине, Макс! Ей надо показать, как нужно уважать старших.
– Нет, Макс не уходи! – вся испугалась, ведь знает что её ждёт.
– Макс, я тебе морду расквашу если не уберешься отсюда! – уже нагрубил другу, и когда тот посмел удалиться, нервно задышал.
– Отпусти меня!
– Рано, Лилит! Ты же ещё не получила как следует. Знаешь, мне тут в голову пришла мысля, как брать оплату за свою работу. А то папаша твой не скоро выйдет, а мне бабки нужны! Раком встала!
– Нет! Помогите! – отбивается, когда я повалил её на кровать.
Готов всё крушить от злости, она заколебала трепать нервы. Сгораю от страшной, просто дикой ломки войти в неё членом и сделать своей и не подпускать и близко всяких уродов. Чёрт! Она ещё очень юная, я не должен травмировать её и без того расшатанную психику. Но возбуждение взяло надо мной верх и заломил ей руки и задрал юбку, уставившись на идеальную попку, в тех самых трусиках, которые я для неё прикупил.
– Пожалуйста, не делай этого! Я девственница!
– Хватит ломаться! Перед ним ноги раздвигала, и меня вытерпишь! Малолетняя давалка! – расстегиваю ширинку, ещё секунда и изнасилую гадину, которая заставила меня не спать на протяжении трёх суток.
– Нет! Мы просто гуляли, я ещё ни с кем не занималась сексом. Ужасно боюсь. Травма детства! – заплакала она навзрыд, взволновав моё сердце сильнее, чёрт она ведь реально говорила правду, а я вместо того, чтобы возможно наказать её другим способом, как сделал бы нормальный старший брат, проявил в себе насильника. Готов оглохнуть, но не слышать её вой, который острее любого кинжала. Она реально ещё совсем ребёнок, у которого масса комплексов. Помогаю ей подняться с пола и с большой заботой всматриваюсь в её заплаканные голубые глаза.
– Прости… Я не должен был так себя вести. СКАЧАТЬ