Не повезло никому.
Мы-то, понятное дело, перенеслись в первую очередь и, с каждым поступлением очередной волны новичков, приносивших нам вести с родины, теперь уже навсегда бывшей, мрачнели всё больше день ото дня. Середина четвёртой недели ознаменовалась резким обрывом Переноса. Это был конец. Нашего общего дома не стало. Из всех, кого отобрал Учитель для строительства нового мира, успели к новому месту жительства менее половины.
За первые сто лет первоначальная всеобщая эйфория постепенно сошла на нет. Мы тупо существовали, не старели, не спали, не ели, всё это стало ненужным и сильно удручало. Нет, пищи-то было в изобилии, но к чему есть, если не чувствуешь ни вкуса, ни запаха, да и в самом насышении нет никакой необходимости? Жизнь стала пресной, эмоции истончались и атрофировались, образы, заложенные в сознании, которые бередили нервы поначалу, стирались из памяти, а симпатии и любовь попросту исчезли как понятие. Попробуйте, к примеру, влюбиться в женщину, не имея возможности ощутить тепла её тела, не чувствуя вообще ничего. Долго ли продлиться такая любовь? А память постепенно утратила воспоминания о прошлом, о доме, о семьях, о знакомых, друзьях и подругах.
Чем дальше, тем сильнее ощущалось, что люди, по крайней мере те, с которыми мне приходилось общаться, мало-помалу перестали вообще испытывать хоть какие-то живые чувства. Но, подозреваю, что и остальные граждане были подвержены такому же недугу. Самое точное определение – автомат. Механическое существование, будто кто то невидимый присосался к остаткам нашего сообщества и постепенно, словно смакуя, выжирал душу.
Единственное что ещё согревало – меня, по крайней мере, так это ничем не ограниченное развитие интеллекта. Игнорируя, в отличии от абсолютного большинства, прокачку силы и ловкости, в науку я попросту окунулся с головой. И раз за разом заставлял себя стиснуть зубы и продолжать с, неведомо откуда взявшимся остервенением, проводить эксперименты и исследования. Брался за всё подряд – физика, химия, медицина и десятки других дисциплин – за эти столетия наверное не было области, где бы я не протоптал пару тропинок.
В то же время я постепенно перестал обращать внимание на то, чем занимается Учитель с другими одиннадцатью своими учениками. Хотя он уже почти стал Автором миров а мои бывшие коллеги – его приближёнными советниками.
Почему бывшие? Я сам стал считать их таковыми. Что-то сломалось во мне тогда, когда я окончательно осознал всё безумие произошедшего и постепенно отдалился от коллектива. Наверное, я с самого начала был белой вороной в их команде, хотя оцифровкой сознания владел немногим хуже лишь самого Автора, но так тот вообще был непревзойдённым учёным.
Кстати, как и обещал, он практически с первых дней новой эры СКАЧАТЬ