Будет больно?
Не похоже, чтобы оборотень был садистом, но и переступить через себя не так просто. Мамочки, как страшно. Ната рассказывала, что одна ее подруга целую неделю потом сидеть не могла. Крови будет много? А что если сбежать и спрятаться в кладовке? Ну не станет же взрослый мужчина искать меня по всем закоулкам только ради того, чтобы за ногу оттащить в постель. Я ведь даже не особо красивая!
А ведь он похож на того, кого я люблю. Он спас нас.
Он… уже разделся.
– Чего застыла в дверях? – поинтересовался Рохан со знакомой гримасой на высокомерно лице. Он будто ждал, что я начну ругаться. Хотел этого. – Или благородная эффира брезгует раздвигать ноги перед низменным оборотнем? Ну? Все равно стала бы подстилкой незнакомца, так какая разница?..
Я закусила губу, почти не слушая сочащиеся агрессией, обрывистые фразы.
Никогда не видела обнаженное тело. Бывало встречала фривольные картины и фотографии в сети, но это было нечто совершенно иное. Красивое первородное зрелище. Он был зверем, это явственно ощущалось в каждом движении тугих мышц, в повадках, мимике.
Зверь в человеческом обличьи. И он хотел меня?.. Немыслимо. Неправильно… И почему-то совершенно не получалось отвести глаза.
Затем произошло странное: с приглушенным рыком Рохан дернул меня за руку. Повалил на смятую постель, вынуждая запрокинуть голову, и вторгся языком в рот. Тревожное чувство охватило тело целиком. Как скользко… Кончик клыка царапает нижнюю губу, жадно сдавливает до сладостной боли… Горячая рука – больше моей раза в два – перехватила запястье, запрещая отстраняться…
В темноте его глаза сверкали двумя раскалёнными угольками.
Почему так приятно, если я должна быть в ужасе? Почему кожа горит и плавится от его прикосновений, а хриплое дыхание альфы дразнит слух? Почему я хочу…
Бах.
Рохан резко отстранился, прислушиваясь к шуму снаружи.
6
Иелана
Что это сейчас было? Разочарованный стон? Из моих уст?!
Я точно нарушила сотню правил приличия одним уже фактом получения удовольствия от близости с собственным пленителем. Неужели я такая развратная? Мне достаточно видеть перед собой красивое лицо, относительно похожее на Маркуса, чтобы растаять?
Рохан торопливо натягивал штаны, совершенно не обращая внимания на мои самокопания и удушливый стыд. Он чуял что-то на границе. Буркнув: – Иди к себе, – спешно вышел из хозяйской спальни, оставляя меня в одиночестве.
Нет, это уже просто оскорбительно!
Хотя бы из вежливости мог что-то сказать? Или люди мерзкие, я их презираю, но язык в горло все-таки запихну при случае? Лицемер!
Поднялась с кровати. Поправив просторное платье с задравшимся передником СКАЧАТЬ