We should all be feminists. Дискуссия о равенстве полов. Чимаманда Нгози Адичи
Чтение книги онлайн.

Читать онлайн книгу We should all be feminists. Дискуссия о равенстве полов - Чимаманда Нгози Адичи страница

СКАЧАТЬ ограничена стереотипами. И когда мой брат Чукс и его лучший друг Айк, соорганизаторы конференции TEDxEuston, предложили мне выступить, я не смогла отказаться. Я решила говорить о феминизме, потому что эта тема вызывает у меня сильные чувства. Я подозревала, что это не очень популярная тема, но очень хотела хотя бы начать этот необходимый разговор. И когда я стояла на сцене тем вечером, я чувствовала себя частью семьи – большой и внимательной аудитории, которая могла бы противостоять теме моей речи. Их овации в конце выступления дали мне надежду.

      Мы все должны быть феминистами

      Околома был одним из моих лучших друзей детства. Он жил на моей улице и присматривал за мной, как старший брат: если мне нравился мальчик, я спрашивала Околому, что он о нем думает. Он был смешным, интеллигентным и носил ковбойские сапоги, заостренные на кончиках. В декабре 2005 года в самолете, разбившемся в Южной Нигерии, Околома погиб. Мне все еще трудно выразить словами, что я чувствую. Околома был человеком, с которым я могла поспорить, посмеяться и быть искренней. Еще он был первым человеком, назвавшим меня феминисткой.

      Он сказал, что люди называют мой роман феминистским, и его совет мне – он печально потряс головой и сказал – это никогда не называть себя феминисткой, поскольку феминистки – это женщины, которые несчастны из-за того, что не могут найти себе мужа.

      Мне было около четырнадцати. Мы были у него дома, спорили, вооружившись поверхностными знаниями из книг, что мы читали. Я не помню, о чем конкретно шла речь. Но я помню, что я спорила и спорила, а Околома посмотрел на меня и сказал: «Ты знаешь, ты феминистка».

      Это был не комплимент. Он сказал это таким же тоном, каким человеку говорят «Ты поддерживаешь терроризм». Я точно не знала, что значит слово «феминистка». И я не хотела, чтобы Околома понял, что я не знаю. Поэтому я пропустила это мимо ушей и продолжила спорить. Первым делом, которое я планировала по приходу домой, было посмотреть значение слова в словаре.

      Теперь быстро перейдем к нескольким годам позже.

      В 2003 году я написала роман, названный «Пурпурный Гибискус», о мужчине, который, кроме всего прочего, бил свою жену, и чья история кончилась не слишком хорошо. Когда я представляла эту книгу в Нигерии, журналист, миловидный, благонамеренный мужчина, сказал мне, что он хочет дать совет (нигерийцы, как вы можете знать, очень любят давать советы, когда их не просят).

      Он сказал, что люди называют мой роман феминистским, и его совет мне – он печально потряс головой и сказал – это никогда не называть себя феминисткой, поскольку феминистки – это женщины, которые несчастны из-за того, что не могут найти себе мужа.

      Тогда я решила назвать себя Счастливой Феминисткой.

      Моя нигерийская знакомая из университета, сказала, что феминизм противен нашей культуре, что феминизм – не африканский, что я зову себя феминисткой только потому, что попала под влияние западных книг. (Что меня позабавило, потому что мои первые чтение было абсолютно нефеминистским: я, должно быть, прочитала каждый роман издательства Mills & Boon, опубликованный до того, как мне исполнилось шестнадцать. И каждый раз, когда я пытаюсь читать книги, называемые «классической литературой феминисток», мне становится скучно и я пытаюсь закончить чтение как можно быстрее).

      Это был не комплимент. Он сказал это таким же тоном, каким человеку говорят «Ты поддерживаешь терроризм». Я точно не знала, что значит слово «феминистка».

      Если мы делаем что-то снова и снова, это становится нормальным. Если мы видим некоторые вещи снова и снова, это становится нормальным. Если только мальчики становятся старостой класса, в какой-то момент мы подсознательно решим, что староста и должен быть только мальчиком. Если мы видим только мужчин во главе корпораций, для нас становится нормальным, что только мужчины могут стоять во главе предприятий.

      В любом случае, несмотря на то, что феминизм был неафриканским, я решила называть себя Счастливой Африканской Феминисткой. Затем одна знакомая сказала мне, что называть себя феминисткой – то же, что и ненавидеть мужчин. Тогда я решила называть себя Счастливой Африканской Феминисткой, Которая Не Ненавидит Мужчин. А также Счастливой Африканской Феминисткой, Которая Не Ненавидит Мужчин и Которой Нравится Носить Блеск для Губ и Высокие Каблуки Для Себя, а Не Для Мужчины.

      Конечно, многое из этого было не без иронии, но это показывало, что слово «феминизм» имеет огромный багаж негативных стереотипов: ты ненавидишь мужчин, ты ненавидишь бюстгалтер, ты ненавидишь африканскую культуру, ты думаешь, что женщина всегда занята, ты не носишь макияж, ты не бреешься, ты всегда злая, ты не имеешь чувства юмора, ты не используешь дезодорант…

      Теперь история из моего детства:

      Когда я училась в начальной школе в Нсукке, в университетском городке на юго-западе Нигерии, в начале семестра мой учитель сказал, что даст нам тест, и тот, СКАЧАТЬ